Здесь мои дела на Хоккайдо и завершились. Потратил остаток дня на то, чтобы дать показания. Дождавшись, когда копы уедут из Эсаши, попрощался с Курильщиком, сказав ему, что государство о нем помнит, но все засекречено и потому стоит помалкивать. Поздравил с грядущей свадьбой и извинился, что приехал слишком рано и не попадаю на церемонию. На том всё. Ночным поездом уехал в Саппоро.

В понедельник же я пошел на работу. То, что я не собираюсь топить Кишимото-сана, не значит, что обязанностями ревизора стоит пренебрегать. Несколько дней находился в офисе, проверяя бухгалтерскую документацию по всей строгости. Даже к чему придраться нашел, заставив единственного бухгалтера филиала переоформить кучу документов с ошибками.

У Тики-тян состоялись предвыборные дебаты. Когда сестренка в середине дня прислала мне запись, открывал я ее с опаской. А там…

Очень формальное и степенное выступление идеальной во всём дочери самурайского рода. Иначе и не скажешь. Папа, сидящий в зрительном зале и попавший в кадр снимавшей всё на смартфон Ринне, даже немного прослезился. Хорошо хоть, за сердце не хватался.

А затем вышел оппонент сестренки, Такэда Хироши. Лицо бледное, прическа далека от идеала, глазки затравленно бегают.

— Уважаемые ученики и учителя средней школы Фурин, — юноша резко поклонился. — Сегодня я снимаю свою кандидатуру, потому что понял: эта школа заслуживает лучшего лидера — того, кто не боится правды. Кто готов ломать старые порядки и говорить вслух то, что другие боятся сказать. Этот лидер — Ниида Тика. Она не идеальна, но именно её решительность и умение добиваться своего делают её лучшим выбором. Отдайте ей свои голоса — и вы не пожалеете.

Еще один поклон и Хироши-кун уходит. А я переключаюсь на переписку с сестрой.

Ниида Макото: Ты обещала, что не будешь шантажировать учителей в школе.

Ниида Тика: А какого учителя я шантажировала? смайлик, показывающий язык

Ниида Тика: И вообще, что за оскорбительные намеки? Хочешь, в глаза тебе посмотрю и скажу, что не было от меня шантажа, подкупа и всего такого?

Ниида Макото: Его шантажировала Ринне? Или Ёрико?

Ниида Тика: Да че сразу шантаж-то? Как будто других способов нет!

Ниида Макото: Ну давай, удиви меня, как ты это сделала.

Ниида Тика: Очень просто — убеждением, харизмой, дипломатией!

Ниида Тика: Вот, сижу я такая, никого не трогаю, ем булочку, а рядом болтают одноклассники, что Такэду видели за спортзалом с сигаретой.

Ниида Макото: А его видели? Уверен, Хироши-кун не курит.

Ниида Тика: Вот и я так подумала! Но разговоры ходят, и я, как будущий президент, просто обязана проверять такие слухи.

Ниида Тика: Вот, я с ним поговорила. Очень вежливо и доброжелательно. Сказала, что это ужасное недоразумение и что я искренне хочу помочь очистить его доброе имя. Что завтра же выступлю в его поддержку и заверю всех в том, что Такэда-кун достойный член своего рода и не курит ни за спортзалом, ни в мужском туалете, ни под лестницей.

Ниида Тика: А он чего-то себе напридумывал, занервничал и ты сам все видел. Гордишься мной хоть чуть-чуть? смущенный смайлик

Ниида Макото: Ты сама хоть курить не пробовала?

Ниида Тика: Кем ты меня вообще считаешь? Еще в младшей школе. Буэээ, мерзость, меня всю вывернуло. Сакэ, кстати, тоже блевотина. Наркотики пробовать не буду, клянусь. На примерах сигарет и алкоголя убедилась, что взрослые не врут по поводу того, какая это все гадость.

Поднялся все же на вершину горы Мойва — в переводе с языка айнов ее название означает «место, куда мы поднимаемся и смотрим». Очень меткое название. Вид поистине завораживающий. По совету из интернета я рассчитал время так, чтобы оказаться на смотровой площадке вечером и не пожалел. Куда уж там нашему маленькому фестивалю огней? Всю местность у подножия как будто бы заняли десятки тысяч гигантских светлячков. Жаль, камера смартфона неспособна передать это зрелище. Придется однажды привести сюда близких лично и показать. Оно того стоит.

Наконец, дождался обратного рейса. Если честно, так по всем соскучился, что хотел уже наплевать на купленные за счет компании авиабилеты и уехать домой поездом. Сдать их обратно правила лоукостера не позволяли. Наверное, так и стоило сделать, но я оказался жадным, как тот монах из сказки о тануки — не смог найти достаточно силы воли, чтобы заплатить за то, что уже оплачено работодателем.

Задержек с вылетом в этот раз не возникло, зато под исход первого часа полета самолет начало нещадно трясти. Даже еда чуть наружу проситься не начала. Турбулентность — это очень неприятно, готов заявить. Больше никаких самолетов! Никогда, кроме самых крайних случаев, каковые, скорее всего, не наступят! Не для того наша страна много лет подряд вкладывала средства в железнодорожную инфраструктуру, чтобы летать на соседний остров самолетом.