Нарочно ведь провоцирует. Возможно, хочет чтобы я сорвался и ударил его. А далее — уволить сотрудника, поднявшего руку на одного из директоров, станет делом техники и Мияби, по мнению Такады, уже будет у него в руках.

— Такада-сан, взгляните мне в глаза, — ПРИКАЗАЛ я. И он не смог ослушаться. Эта сила — Хидео-сан не так часто к ней прибегал я и понимаю, почему. Легко потерять контроль и начать творить все, что вздумается, превратившись в настоящее чудовище, а не всего лишь жуликоватого ловеласа. Тот, другой Макото, грань не переступил, хотя, случалось, подходил к ней слишком близко. Я и подавно останусь далеко от предела допустимого. Но иногда нужно показывать, кто тут по-настоящему главный. В конце-то концов, я ему всего лишь посмотреть на меня указание дал, а не выпрыгнуть из окна, выпить яд или на кого-то напасть.

— Вы… что вы себе позволяете?

— Пожалуйста, прекратите оказывать знаки внимания моей девушке, — ровным и вежливым тоном попросил я.

— А иначе что? — выражение лица Такады приобрело хищный вид. Он оказался из тех людей, что, встретив отпор, не отступают, а начинают давить сильнее. Образ блестящего бизнесмена, короля жизни с золотой клипсой для галстука, рухнул так же легко, как часто он терял свои зажимы. Сейчас на меня смотрел хищник.

— Иначе я приму меры.

— Какие меры, Ниида-сан? То, что вы знакомы с внуком председателя, не делает вас особенным. Скорее уж я приму меры, чтобы вы не вносили своим деструктивным поведением разлад в коллектив.

Я сделал шаг назад, изобразил испуг, показал слабину. Все, чтобы он поймал волну превосходства и продолжал.

— Знаете, что вас ждет? На ближайшем медицинском тестировании в вашей крови обнаружат следы наркотиков. Клеймо на всю жизнь. Увольнение из корпорации, дурная слава наркомана. Думаю, вам следует прекратить скандалить и всего лишь не мешать Цуцуи-сан строить карьеру тем способом, который я ей определю. У нее огромное будущее, а вы — лишь балласт, что не позволяет ей взлететь.

Между прочим, он соврал. Никакого плана с обнаруженными в крови веществами не существует. Надавить на лабораторию, что дорожит своей репутацией, не так-то просто. Гораздо проще наплести небылиц глупому толстяку, верящему во всемогущество директоров.

— Какой кошмар! Вы ведь знаете, что наркоманы не просто так считаются опасными для общества? Что это зачастую не люди, а животные в человеческом обличье, готовые напасть, невзирая на последствия? — сейчас на Такаду Рюджи смотрело как раз такое животное. Загнанная в угол крыса, готовая вцепиться к нему в горло. Изобразить агрессию было не так и сложно, хотя истинные мои чувства находились ближе к брезгливости на эмоциональной шкале.

Шаг к его столу. Как удачно обнаружился там нож для бумаг. Я лихорадочно схватил его, закатал рукав и провел лезвием у себя по предплечью, оставляя длинную и тонкую царапину. Заживет еще до того, как вернусь на свой этаж. Дикий нерациональный поступок. Это и пугает гораздо сильнее любых слов.

— Вы… вы что творите? Охрана! — холеный щеголь ткнул пальцем в кнопку селектора и ответом ему была лишь тишина. Лихорадочная попытка разблокировать смартфон тоже ни к чему не привела.

— Да, пусть придет охрана. Они, кстати, мои друзья и легко поверят, что это вы на меня напали. Порезали мне руку… — я нагло вложил испачканный моей кровью нож в ладонь ошарашенному Такаде и сжал его пальцы на рукояти. — Зачем вы это сделали? Ах да… наркоманы неуравновешены. У вас были проблемы с наркотиками в прошлом, не так ли? — мне не требовалось услышать от него ответ, чтобы понять, что я прав. — Мой вам совет, Такада-сан, найдите себе другую компанию в другом городе. Но только после того, как повысите Цуцуи. Она это заслужила.

И вышел из его кабинета.

— Ты что, его убил!? — Ёрико глядела на мою окровавленную руку с суеверным ужасом.

— Конечно нет, просто поговорил. Есть влажные салфетки?

— Как ты это делаешь? Почему я тебя не могу читать? Не понимаю, когда шутишь, а в какой ситуации серьезен. Даже мама так хорошо не умеет. Научи! — Акирахиме-тян протянула мне пачку запрошенных предметов гигиены. У любой девушки в сумочке есть такие, наравне со множеством других полезных вещей, вплоть до разводного ключа или клюшки для гольфа в зависимости от того, чем конкретная леди увлекается в свободное время.

Вытерев кровь, я с удовлетворением мысленно констатировал, что рана, какую правильней именовать царапиной, уже зарубцевалась. Хорошо быть кицунэ. Просто замечательно.

— Чтобы стать моей ученицей, тебе придется пройти множество испытаний и доказать, что ты достойна, — с притворным пафосом объявил я. — И начнем с самого сложного. Получи разрешение у некой женщины, что мне известна как Акирахиме Аканэ.

— Почему это оно сложное? Ты моей маме понравился. Но я ей сразу сказала, что ты не в моем вкусе. Это на всякий случай сообщаю, чтобы Мияби-семпай не ревновала. Не знаю, в курсе ты или нет, но она чуть с ума не сошла, представляя, как на Хоккайдо тебя соблазняет какая-нибудь северная красавица. И это при том, что она понимает, что тебе стоит доверять.

— Кроме того, известные мне методы обучения тебе не подойдут, — добавил я. Акира явно очень любит дочку и воспитание при помощи посоха применяла к ней недостаточно активно. Если вообще завела себе посох, а не ограничилась щадящими розгами.

— Это какие такие?

— Спроси о них у Акирахиме-сан.

— Да кто вообще твой учитель такой?!

— Показывал тебе его фотографию. А тебе не нужно сейчас проводить экскурсию по зданию? — поздновато сообразил я.

— Ой, точно! Я же оставила их в столовой! — очень натурально изобразила панику девушка. Кто-нибудь другой ей бы поверил. — Ладно-ладно, сегодня первая экскурсия после обеда. Да что я не так сделала, что ты сразу догадался?