Я уставилась на него на мгновение, прежде чем сунула свой сотовый в сумочку. Келси вошла в дверь, спасая меня от нападения на собственного отца. Я указала на место за моим столом, ее глаза метались между моим отцом и мной, когда она села.

— Мне нужно, чтобы вы отфильтровали предписания на всех наших сайтах в социальных сетях — размести мое заявление и разберись с разного рода вмешательствами. Постарайся остудить накал страстей, охвативший нас. — Я перекинула сумочку через плечо и обошла свой стол.

— Конечно. — Келси не задавала во вопросов и не переспрашивала, это была еще одна причина, по которой я никуда ее не отпущу — она всегда была на высоте. — Каково ваше заявление, Пейдж? — Она держала ручку над блокнотом для записей, который я хранила в ящике своего стола.

На мгновение я зажмурилась, готовясь к ужасному ощущению, что намеренно разочаровываю своего отца — в животе было кисло и тяжело, — но я не могла лгать. Независимо от того, касалось это кого-то или не касалось того, что я делала в своей личной жизни, я бы не стала публично отказываться от Рори… не выслушав сначала его версию истории.

Один кризис за раз.

Я открыла глаза, глядя на отца, но разговаривая с ней.

— У нас с Рори Джексоном счастливые, здоровые отношения. Обвинения в статьях расследуются моей командой, и я искренне приношу извинения всем, кому это недоразумение могло каким-либо образом повредить, включая упомянутую мисс Линду Уоллес.

Келси кивнула, записывая каждое слово, прежде чем посмотреть на меня.

— Что-нибудь еще?

— Да. Разыщи репортера, который написал эту статью. Фото реальны, но слова, стоящие за ней, граничат с тем, за что нужно взять ответственность. Нам нужно посмотреть, кто их источник, если вообще такой был, и почему он хотел саботировать нас с Рори.

Папа скрестил руки на груди, разочарование в его глазах медленно угасало с каждым моим решительным действием.

— Рори согласится с вашим заявлением, если они попросят его прокомментировать, верно?

Я проглотила комок в горле. Я понятия не имела, какой будет реакция Рори на это. Если бы он солгал мне и все это время “изменял”, он мог бы рассказать газетам все, что угодно.

Он бы этого не сделал. Ты же знаешь, что он этого не сделал бы.

Успокаивающий голос в моей голове становился все тише, чем дольше я оставалась в своем кабинете, неуверенная и анализирующая каждую встречу между мной и Рори за последний месяц. Неужели я влюблялась в него, в то время как он оставался верен своим привычкам плейбоя? Было ли все, что он сказал, сделал, просто частью той роли, для которой я его пригласила? Был ли он моим только в те дни, когда мы виделись?

— Пейдж? — Мой отец вырвал меня из моих мыслей, его тон был мягким впервые с тех пор, как он вошел в мой кабинет.

— Он бы так не поступил. Ты его не знаешь. — Глаза папы медленно закрылись, когда я вышла из своего кабинета и направилась к лифту. Я быстро набрала сообщение Рори.

Я: Встретимся?

Рори тут же прислал ответное сообщение: Где угодно.

Я: Покидаю свой офис. Встретимся у твоего дома.

РОРИ: На полпути.

Я прислонилась головой к лифту, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце, пока ехала вниз. По крайней мере, он был готов встретиться со мной. Это дало той маленькой надежде, которая цеплялась за мое сердце, достаточно искры, чтобы дышать.

После короткой поездки и еще одного подъема на лифте мои руки дрожали, когда я потянулась, чтобы постучать в его входную дверь. Не успели мои костяшки пальцев приблизиться к ней и на дюйм, как Рори оказался рядом и затащил меня в свой лофт, его глаза были безумны, а лицо растерянным.

— Это неправда, — сказал он, его голос срывался, как будто он бежал всю дорогу домой с катка.

Слезы, которые я сдерживала с тех пор, как мой отец ворвался в мой кабинет, наполнили мои глаза. В присутствии Рори я была беззащитна — я услышала его голос, и он мгновенно лишил меня самой сильной защиты.

— Клянешься? — Потребовала я, но это прозвучало скорее как вопрос.

Рори робко обнял меня за талию, медленно скользя руками по моей спине.

— Я клянусь, Рыжая. Я не прикасался к другой женщине с той ночи в "Четырех временах года". Как я могу даже думать о другой женщине, если у меня есть ты? Черт возьми, даже возможности обладать тобой было достаточно, чтобы держаться подальше от кого-либо еще.

Мое сердце подпрыгнуло в груди, искренность в его глазах сияла сквозь кружащуюся голубизну.

— А что насчет Линды?

Он зашипел, его хватка на мне немного усилилась.

— Она зайка.

— Твоя?

— Нет, — отрезал он, прежде чем наклонить голову. — Один раз. — Он прищурился, извиняясь. — Ладно, дважды. Но это было год назад.

Я сжала губы, зная о его прошлом и о том, что оно дало мне пощечину, — это две совершенно разные вещи.

— А фотографии?

— Они были сделаны за неделю до ”Четырех времен года". — Я попыталась вырваться из его хватки, нуждаясь в пространстве, чтобы дышать, но он крепко держал меня. — Я отталкивал ее. Ругался. Мне приходилось делать это не один раз. Она не понимает намека.