Не верю я в бескорыстность.

А вот вопросы позадаю, у меня их скопился вагон и маленькая тележка.

— Марта, вас Кузьма назвал наузницей…

— Так я наузница и есть, можно узольница, кому как больше нравится. Это моя суть. Специализация, если по-простому. Я изготавливаю обереги, напитываю их силой. Таких как я — много. Дар у нас узкий, но прибыльный. Спрос имеет. Кстати, тебе бы не помешало обереги на дому обновить, да себе пару прикупить, а то неровен час, сглазит кто или порчу наведёт. Марта плюнула три раза через плечо и постучала костяшками пальцев по столу.

— Подумаю, — ответил неопределённо, — А кто ещё бывает? Какие градации?

— Много. Вот, например, Прошка, — кивнула Марта на положившего голову на руки и уснувшего алкаша, который успел вылакать не только клюковку, но допить початую бутылку водки и откупорить новую, — Хранильник.

— Кто?

— Хранильник — изготовитель священного оружия и снаряжения. Если в средние века его дар был в почёте, то сейчас почти никому не нужен. Вот он и пьет бедняга от безысходности.

— А Миша?

— А Михаил обычный человек. Без дара.

— Теперь понятно, почему он спокойно взял в руки полынь.

Догадаться было несложно, что эта трава причиняла боль всем, кто имел дар. Ну, или практически всем. Ведьмам так точно. Недаром Марта не притронулась к выпавшему на землю растению.

Посмотрел на ладонь. Ожог начал проходить. Он практически сошел на нет, оставляя только розовую корочку и вызывая сильный зуд.

— Ничего себе, — пробормотал удивлённо.

— Привыкай, — Марта понимающе улыбнулась, — Теперь на тебе все заживать будет как на собаке.

— Здорово. Еще бы девять жизней, как у кошки иметь, тогда вообще сказка.

— Вот тут огорчу. Помрешь, восстанешь только в виде упырём или навьи. Другого не дано. Зато, если избежишь насильственной смерти, жить будешь долго.

Утешение маленькое, потому как я задним местом чувствовал, что спокойной жизни мне не дадут, особенно после того, как начну разыскивать убийцу жены.

Нет, сама по себе новость была приятной, но опять же, с какой стороны посмотреть.

Пока не стал на этом зацикливаться. Пройдёт лет сто, если не скопычусь, тогда и подумаю о смысле жизни.

— А вот, Авдотья, соседка моя, она кто?

Очень уж мне хотелось знать, кем являлась данная барышня, хотя, на барышню, пожалуй, она не тянула, скорее — на злобную гарпию, капающую изо рта ядом.

— Интересно, а гарпии существуют или они всего лишь выдумки? Очень уж она на неё похожа, особенно — когда злиться. Я что, это вслух произнес.

— А-ха-ах, — рассмеялась немного захмелевшая Марта, — Вслух, конечно. Спешу тебя разочаровать, что здесь ты ошибся. Гарпии, если у существуют, то точно не здесь, не на земле русской. А Авдотья всего лишь чаровница, если захочет, любой мужик её станет. Будет ножки целовать и любой каприз исполнять без малейшей тени сомнения.

Нахмурился. Вроде как соседка и на мне пыталась свой трюк провернуть, да только у неё что-то не вышло.

Рассказал об это Марте.

— Так она зла на тебя очень. Ярость затмила разум, вот и не смогла захомутать. Тут ведь всё на чувствах завязано. Чаровница должна сама хотеть завлечь мужчину в свои сети. Ощутить притяжение, желание, а Авдотья наша, вместо этого изошла злобой.

— Теперь понятно.

— Но ты всё равно будь осторожен. Она не простит, что промысел Стефании не ей достался. Попытается со свету сжить.

— И что она мне может сделать?

Марта на секунду прищурилась.

— Хм-м, дай-ка, подумать… Да много чего. Проклясть может, отравить. Хворь наслать. Чаровниц ещё травницами иногда называют. Они изготавливают различные снадобья и обрядовые напитки. Хлебнешь одного такого и больше не встанешь. Будешь как спящая царевна беспробудно спать. Если посленей хрустальный гроб организовали, то тебе даже деревянный не достанется. Да и от поцелуя принцессы ты не проснёшься. Так и будешь лежать бревном, пока к тебе потворники Вия не явятся. Ну, это я так, привела один из вариантов. А ещё… Авдотья неплохая предсказательница и гадальница. Может наперёд просчитать, как и что случиться, да вмешаться в расклад. Хоть это и запрещено.

— Кем запрещено?

— Высшими силами.

— Угу, — кивнул рассеяно, а Марта продолжила:

— Да у нас пол деревни на тебя зуб точит. Ты, пусть и дальняя родня Стефе, но всё же пришлый, поэтому, ходи и оглядывайся.

— А ты значит, не точишь?

— Нет. Смысл махать кулаками, когда битва окончена. Ты победил.

— Вообще-то, даже не стремился.

— Именно это и обидно. Тебе не нужна была сила, но ты её получил, а кто стремился завладеть — остался за бортом. Мне, в любом случае, ничего не светило. Не в той весовой категории, чтобы бодаться с другими ведьмами: та же Авдотья, хоть и слабее меня, но подлее и хитрее в несколько раз. Мне выгоднее с тобой дружить. Кромешник — это вам не обавник и не кощунник. Я тебе помогу, а потом ты мне когда-нибудь в помощи не откажешь.