– Не слишком сильно давлю? – звучит вопрос.

Голос ужасно знакомый. И отнюдь не женский.

Я с визгом скатываюсь со стола, прижимая к груди полотенце, и во все глаза гляжу на незваного гостя.

Передо мной стоит Роуэн Кейн собственной персоной.

– Какого черта?!

– Привет, Птичка!

Разинув рот, я настороженно озираюсь. Массажистки ушли. Мои подруги тоже. Явно неспроста. В комнате только я и ухмыляющийся во все зубы ирландец в кожаной куртке. На столе, где лежала Ларк, валяется мотоциклетный шлем.

– Какого хрена ты здесь делаешь?! – спрашиваю я.

Потирая щетину на подбородке, Роуэн усаживается на стол рядом со шлемом. Он поворачивается к окну, пытаясь скрыть огонек в глазах, и с равнодушным видом пожимает плечами.

– Сам не знаю. Просто подумал, вдруг ты захочешь пожениться в эти выходные. Место вроде неплохое.

Я, потеряв дар речи, сдавленно шепчу:

– Что?..

– Ну, знаешь, устроить церемонию: произнести клятвы, обменяться кольцами, и чтобы при этом ты была в шикарном платье, а я – в строгом костюме. Потом съедим торт, потанцуем, немного выпьем, сделаем ставки, переспят ли Ларк и Лахлан, вернемся к себе в номер и устроим незабываемую брачную ночь, а потом будем жить вместе до скончания веков. Кажется, так оно обычно происходит?

– Что…

В горле возникает острый комок, и все части мозаики внезапно встают на места. Роуэн отправил нас с Ларк в спа-отель в качестве подарка на помолвку. Когда я спросила, какие у него самого будут планы, он изящно ушел от ответа, а я поначалу не придала этому значения. Лишь потом заподозрила неладное.

– Значит, все-таки ты затевал против меня козни!

– Ну, может, самую малость.

– Ты сказал, что я накручиваю себя на пустом месте!

– Ага.

– И что ты просто хочешь меня трахнуть.

– Не солгал, заметь.

– Тогда какого черта ты здесь делаешь?!

– Я же прохиндей, позволь напомнить. Только попугая не хватает.

В голове так много вопросов, что мозг не успевает их обрабатывать и попросту отключается. Мне остается лишь молча трясти головой и сглатывать жгучий комок, перекрывший горло. Роуэн это видит. Он ласково смотрит на меня, встает и подходит ближе – медленно, словно подкрадывается к дикому зверю. Наконец он берет меня за локти, которыми я прижимаю к бокам полотенце.

– Любовь моя, – говорит он с ласковой улыбкой. – Я знаю: ты нервничаешь из-за предстоящей свадьбы. Поэтому и решил, что лучше не тянуть и устроить ее здесь и сейчас. Проведем церемонию без лишних затей, чтобы рядом были только самые близкие люди. Все уже готово – ждем тебя. Но если не хочешь – не беда.

Я тихонько, сдавленно спрашиваю:

– И платье здесь?

– Да.

– А Фионн, и Лахлан, и…

– И Роуз, и тетушка Этель, и визажист с парикмахером, и все прочие, без кого не обойтись. Они давно приехали.

– Но как же…

– Церемонию проведет Коннор. К алтарю тебя проводит Лахлан. Он сказал, для него будет огромной честью сопровождать Паучиху.

На глаза наворачиваются слезы. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не дрожала, но Роуэн ласково проводит по ней большим пальцем, заставляя разжать зубы.

– Погода обещает быть идеальной. Поженимся на рассвете. Прямо на берегу. Или все отменим, как скажешь. Я просто предлагаю.

Роуэн опускает голову, словно не в силах терпеть мой взгляд. Он шаркает ботинком по полу, втягивает носом воздух и снова поднимает голову.

– Понимаешь, я хочу жениться на тебе и чтобы ты не мучилась, пытаясь угодить посторонним людям. Я хочу, чтобы нам с тобой было хорошо.

Невероятный мужчина. Его лицо расплывается перед глазами, мир вокруг застилает водянистая пленка.

– Правда?..

Он радостно улыбается.

– Конечно. Если хочешь.

Не дав Роуэну договорить, я бросаюсь ему на шею.

– Да, – шепчу я. – Очень, очень хочу.

– Слава богу… – бормочет он, укладывая подбородок мне на плечо и крепко обхватывая руками. – А то я засомневался. Уверена?

Я киваю, прижимаясь щекой к его груди.

– Точно уверена?

– Роуэн!..

– Вот и хорошо. Значит, мне пора.

Роуэн отпускает меня, подхватывает мотоциклетный шлем и шагает к двери.

– Эй, куда ты собрался? – возмущаюсь я.

– Плохая примета – видеть невесту накануне свадьбы, – ухмыляется он, обернувшись на пороге. – Люблю тебя, персик. До завтра!

Дверь хлопает прежде, чем я успеваю опомниться, но я все равно кричу Роуэну вслед:

– Я тебя на ремни порежу!