Речник вздрогнул и стремительно помрачнел.

– Река моя Праматерь… - забывшись, он хлопнул себя по лбу. – Прокляни меня Аойген… Нецис! Это же не последняя дорога, верно? Есть ещё пути к Гвескену?

Нерси переглянулись, первый из них сдержал ухмылку, у второго не получилось.

– Только эта дорога там была, нээр’ицин, - склонил голову он. – Одна дорога на золотой город! И та никому не нужна.

– Иди-ка ты на кухню, - толкнул его в бок другой Нерси. – Пока не наболтал лишнего… Чего ещё ты хочешь, нээр’ицин?

– Этот листок нужен вам ещё? – спросил Некромант, сворачивая послание в трубку. Нерси покачал головой.

– Забирай его, если хочешь.

Путники вернулись в свой угол, к мирно спящему Алсагу. Нецис без интереса посмотрел на недоеденные грибы и положил перед собой листок с чётко выведенными строками.

– Он правду сказал, Фрисс, - прошептал Некромант. – Это последняя уцелевшая дорога от Эгискена на Гвескен. С творением Ил-Хецара тут обращаются прескверно, и это тянется с самой войны, но осудить их я не могу – о холмах Сенцон Коамичтин я наслышан. Самые богатые драконьи гнёзда на всём болоте Игкой – среди этих холмов. Там же и плавают оборванные концы всех разрушенных дорог… Нехорошо, Фрисс. Очень нехорошо.

– Вот же угораздило… - покачал головой Речник. – Думал я купить тут плот, но если там змеюшник… Не проплывём. Почему же местные не чинят свои дороги?

– Местным в Гвескен не нужно, - криво ухмыльнулся Некромант. – Действительно не нужно, иначе бы они три дня не тянули. Сколько я тут бываю, столько тут толкуют, что золотой город никому из них не сдался. Впрочем, Фрисс, будь у меня только Второй разряд, я бы тоже мост чинить не взялся… и нашёл бы, чем оправдаться.

Речник мигнул.

– Тут нет сильных магов?! Это же город Нерси…

– Ты много видел нежити на улицах? – спросил Нецис, задумчиво глядя на грибы. – И насколько сильной была эта нежить? Кроме подъёмников и стража у ворот, мы ни одной тхэйги не встретили… Тут нехороший город для нас, Илриэйя та-Сарк. Не столь важно, из-за чего…

Он осторожно свернул листок и спрятал в сумку. Потом посмотрел ещё раз на остывающие грибы и вернулся к еде.

– Вечером, Фрисс, я пойду в центр, - сказал он, проглотив последний гриб. – Не могу точно сказать, когда вернусь. Если выйдет так, что дальше ты пойдёшь без меня… Сенцон Коамичтин лучше обплыть с юга, по руслу лесной реки. Там вода чище, Болотные Драконы её избегают.

– Погоди, Нецис, - Речник радостно усмехнулся. – Пойдём вместе. Я мало понимаю в починке мостов, но могу подавать кости. Пусть драконы перед нами трепещут!

– Мррря?! – ошалело посмотрел на него Алсаг, открывший глаза на последней фразе. – Дрраконы?! Фррисс, что у вас опять творрится?!

…Ступенчатая башня из чёрного базальта угрюмо возвышалась над обширным двором, бросая длинную тень на отцветающие Гхольмы, вяло шевелящиеся хищные лианы на прочных подпорках и замкнутые в кольцо длинные дома со множеством дверей. Вдоль всех них протянулась галерея с каменными колоннами. Сюда жители болот приносили пойманных ими опасных тварей – Фрисс видел множество корзин с дохлыми и ещё живыми гигантскими пиявками, пятнистыми слизнями и Водяными Очами. Скелеты пересчитывали их, ирны в серых мантиях отдавали жителям плату. Четверо воинов в жутковатой костяной броне обходили двор. Фрисс смотрел на них и никак не мог понять, люди они или нежить.

Ирн с вышитым на груди гербом – парой скрещенных копий – пристально посмотрел на чужаков. Светящиеся точки в пустых глазницах на мгновение померкли.

– Нээр’ицин, ты в ссамом деле ссказал то, шшто я усслышшал? – озадаченно прошипел он и сдвинул капюшон с голого черепа. – В таком сслучае… Нээрейксс ссам поссмотрит на васс, нээр’исси. Я должен отвессти васс к нему.

«Давно я не заходил в залы правителей…» - хмыкал про себя Речник, следуя за ирном по узким холодным коридорам, освещённым тусклыми кристаллами. На полу не было даже циновок – здесь ценили не тепло, а прохладу, и здесь действительно было приятно после удушающей полуденной жары.

Каменная плита с резным узором бесшумно отъехала в сторону. Двое воинов в костяной броне скрестили было копья перед пришельцами, но тут же отвели их. Фрисс шагнул на мягкий, устланный коврами из мелнока, пол и уставился на черепа с горящими глазами, развешанные вдоль стен. Их глазницы явно были обращены на него.

– Что? – недовольно взглянул на ирна немолодой Нерси в длинном плаще, расшитом перьями. В его волосах зазвенели, качнувшись, тонкие обсидиановые пластинки. Четверо в странной чешуйчатой одежде, до того сидевшие на циновках вокруг него, выпрямились и окружили его, не сводя глаз с чужаков.

– Повелитель косстей! – ирн отвесил глубокий поклон. – Я нашшёл мага, ссоглассного починить нашшу дорогу. Дашше двоих магов…

Четверо переглянулись и отступили на шаг назад. Нээрейкс уже стоял на ногах, странно наклонив голову, и разглядывал Нециса. Тот пожал плечами и шагнул вперёд.

– Ксатот ил ти’инх, Нейтиал Цин’атлаука. Мне кажется, ты меня узнал…

Фрисс ошалело моргал, глядя, как Некроманты кладут руки друг другу на плечи. Нерси, казалось, хотел протереть глаза и убедиться, что пришелец ему не примерещился. Летучие мыши, благоразумно перелетевшие с пояса Некроманта на перевязь Речника, ехидно пищали.