– Скхаа мне за шиворот, - пробормотал Аватт, глядя в потолок. – Мне-то всё это за что?! Геула настаивает, Речники, чтобы вы сидели здесь тихо. В городе и без вас не скучно. Ваш вождь вернётся, пусть он вас и пасёт. Что ж он вас не забрал-то сразу…

Речники озадаченно переглянулись. Алморг ушёл, вполголоса жалуясь на судьбу. Кенну выглянул во двор – на циновке у поленницы лежал кусок товежьей туши, с крыши к нему принюхивались крылатые кошки, по переулку пробиралась Двухвостка, нагруженная ящиками с глиной и связками сухой травы.

– Ну, хоть еду принёс, - вздохнул Кенну. – Давайте жечь костёр! Я во дворе кострище видел…

– Глина! – покосилась на Двухвостку Сима Нелфи. – Закатаем в неё мясо и закидаем заклинаниями – пусть испечётся! Маги мы или нет?!

– Я колдую воду! – крикнула Элиса, размахивая руками над пустым бочонком. – Кто будет мыться?

– Хаэй! У кого с собой цакунва? Мясо с цакунвой – вкусно! – прочавкал Югес, отрезав кусок от сырой туши и сунув его в рот.

Большая пёстрая кошка, сложив крылья, устроилась под навесом, на дровах, и дремала там. Кесса осторожно погладила её по тёплому боку. Существо приоткрыло глаз и одним прыжком взлетело на крышу, а вторым – скрылось из виду. Речница вздохнула.

… - Если в колодце полно воды, значит, ни одного червяка снизу нет, - заключила Сима, заглянув в ведро, и вылила воду обратно. В небе полыхали зарницы, гроза прокатилась над Кейроном и ушла на север, но тучи так и не разошлись – ночь обещала быть пасмурной, и ветер заметно остыл. Из тёплого дома, откинув дверную завесу, выглядывал Кенну и жестами звал Кессу и Симу в комнату. Колдунья помахала ему в ответ и посмотрела на Речницу.

– Ну что, пойдём? Спать уже пора. Хорошо, что всё успокоилось, и никакой войны не было!

– Да, хорошо, - кивнула Кесса. – Иди, я ещё посмотрю на небо. Тут дым развеялся, а в комнате так и смердит.

– А-а… Ладно, мирной ночи, - Сима зевнула, старательно прикрывая рот, и побрела к дому. Речница шагнула в темноту переулка, подальше от чужих глаз, и повернула Зеркало Призраков к себе гладкой стороной. Там уже что-то мерцало, и Кесса надеялась, что видение будет отчётливым…

Кажется, это был зал – и немаленький, если тёмные силуэты, преследующие друг друга среди открытых шкафов, были людьми, а не карликами. Кесса с трудом могла различить их – по залу клубами полз дым, внизу мелькали вспышки. Зеркало тихо гудело и потрескивало, и Речница узнала звук – так ревело набирающее силу пламя, и выл ветер, раздувающий его. Кесса прижала ко рту ладонь. Её била дрожь.

Один из силуэтов прокатился по полу и остался лежать, другой всадил в него ещё одну вспышку и повернулся к товарищам. Третий крикнул что-то неразборчивое и выстрелил куда-то за шкафы. Оттуда взвилось пламя. Силуэты медленно пятились от шкафов и бушующего огня, дым стал гуще, Кесса уже почти ничего не видела.

Она напряжённо вглядывалась в пляску тени и света за тонким, подёрнутым рябью слоем не то стекла, не то прозрачного фрила. Что было в этих шкафах, что с такой яростью уничтожали призраки Тлаканты?..

Фрил треснул и вздулся пузырями, полки вспыхнули ослепительно-белым пламенем, и в его отблесках Кесса увидела, как под «стеклом» что-то зашевелилось. Книжицы, очень похожие на её дневник, зашелестели страницами под раскалённым ветром, цветные пятна мелькнули в глубине Зеркала, а потом листы оплавились и растеклись белесыми лужицами. Пламя взметнулось ещё выше, заполняя всё Зеркало, и очень медленно отступило и рассыпалось на искры. Остался только мрак и несколько мерцающих точек в нём. Речница выпустила Зеркало из рук, и оно повисло на шнурке, позвякивая подвесками.

– Книги призраков… - прошептала Кесса, гладя потускневший фрил. – Так пришло забвение…

– Да, они всегда хорошо горели, - вздохнул кто-то за спиной Речницы. – Фрил, бумага, велат, листья – ничто не устоит перед огнём.

Кесса обернулась, судорожно вцепившись в Зеркало и, как всегда, забыв об оружии. Позади стояла Скрийт, её глаза сияли янтарным светом.

– Эсен-ме…– пробормотала Речница. Отчего-то ей хотелось попятиться и, возможно, даже убежать.

– Призраки получили забвение, но не покой, - мировидица думала о чём-то своём, рассеянно перебирая нитки бус. – Тут огонь оказался бессилен. Есть надежда, что и Цси’Иквэй избежал как покоя, так и забвения. Но проверить будет непросто… Хочешь спросить о чём-то, Чёрная Речница?

Кесса вздрогнула.

– Скрийт… ты была защитником Кейрона? – осторожно спросила она. – Когда он останется без защиты, что будет с ним?

Мировидица пожала плечами.

– Узнаю, когда найду чистый лист, - равнодушно ответила она. – С этого года кто-то другой будет вести летопись Кейрона. Встретишь – спроси.

– У меня есть много листов, - Кесса протянула мировидице свой дневник. – Возьми, сколько нужно. Я не знаю, как ты колдуешь, но если…

– Спасибо, - кивнула Скрийт, вырвав чистый лист и сложив его вчетверо. – Для начала этого хватит. Так ты идёшь за Речником и демоном, несущими кипящее облако? Они далеко уже ушли, непросто будет догнать.