Внезапно дверь в женскую уборную распахнулась, и на пороге появился Артем. Прожигая меня прищуренным мрачным взглядом, мужчина закрыл за собой дверь, облокотившись на нее спиной.

– Сашенька, – произнес он севшим в ноль голосом.

Я сжала кулаки, вперив в него негодующий взгляд.

– Чего ты добиваешься? – спросил он глухо.

– Чего я добиваюсь? – произнесла с истеричным смешком. – А я живу, – нервно дернула плечом. – Живу я, понимаешь? – запрокинув голову, рассмеялась уже громче.

– Ты живешь… – Апостолов отзеркалил мой смех, однако вышло жутковато: низко и хрипло, – и я пытаюсь.

Он слегка нахмурился.

– Я хочу извиниться за то, что произошло в подсобке. Я перебрал и… Не знаю, что на меня нашло, – черные глаза моего первого мужчины заблестели. – Хотя, все-таки, знаю, – Артем неопределенно махнул рукой.

Мы помолчали.

– Ты, правда, пригласил ее в Сочи? – у меня до сих пор это в голове не укладывалось.

Проигнорировав мой вопрос, Апостолов тихо изрек.

– Мне не нравится, как ты выглядишь, Саша. Еще сильнее похудела. Хватит строить из себя независимую. Прими мою помощь и можешь делать всё, что пожелаешь.

– Обязательно своди ее в тот ресторанчик на берегу, где вкусно готовят мидии. Помнишь, нам понравилось? – я сглотнула, плотно сжав губы.

– Помню. Но сейчас не об этом… Не упрямься. Одно твое слово, и Толя сегодня же организует твой переезд в новую квартиру. На карте полно бабла. Отдохни. Расслабься. Хочешь, я подгоню тебе тачку с водителем?

– И не забудь отвести ее к горному озеру. Там очень красиво, – при воспоминании о том дне у водопада мое сердце вновь сжалось от боли.

– Саша, – устало вздохнул он, делая шаг на встречу.

– Чур меня! Сгинь из моей жизни! Теперь уже Паша все подгонит, – а вот это, конечно, было сказано с целью хоть немного реабилитировать мою запятнанную гордость…

– Не подгонит, – отбил он безапелляционно. – Иначе я его покалечу. Если он тебе хоть немного симпатичен, не искушай судьбу.

Я нахмурилась. Негодование у меня в груди возросло стократно.

– Ты…

– Только не с моим другом, Саш, – отстраненно заявил Артем.

– Ты к ней, правда, что-то чувствуешь?

Артем молчал, и его молчание лишь усиливало распирающую боль у меня в груди. Внезапно Апостолов натянуто рассмеялся.

– Надежда ведь умирает последней? – глаза мужчины яростно сверкнули, задержавшись на моих губах.

– Ты разрушитель, Артем. Везде, где ты появляешься, все превращается в руины.

– Толя тебе наберет. Договорись с ним о переезде, – продолжал гнуть свою линию, впиваясь прямым немигающим взглядом, словно когтями, в мое сердце.

Я выставила средний палец вперед.

– Как же я тебя ненавижу, – не глядя на него, я покинула уборную.

POV Артем

Вечером в баре было почти безлюдно, потому что время еще детское. Народ набивался ближе к полуночи.

– Ваш зеленый чай, Артем Александрович, – новая официантка поставила передо мной чашку и чайник, застыв в ожидании дальнейших указаний.

– Спасибо. Сахарницу принеси, - сделав пару глотков, я отставил чашку, отвлекаясь на вибрацию телефона на столе.

– Да, Толь, – протяжно вздохнул, откидывая голову на мягкую спинку дивана. – Заблокировала? – мрачно усмехнулся я. – И почему я не удивлен? Ладно. Просто делай то, о чем я тебя попросил, – отключившись, я отодвинул телефон, обдумывая услышанное.

Упрямая дуреха.

И кому что доказывает?

Такая худенькая. Кожа да кости.

Вчера утром, просмотрев последний отчет, обнаружил, что Саша провела полдня дома у своего любителя подрочить под порно-аниме, и уехала от него только под вечер.

Так и знал, что рано или поздно они снова снюхаются. Хотя прошло-то всего чуть больше месяца. Ну, что ж…

Такое развитие событий казалось мне вполне ожидаемым. Возможно, у них все случилось еще в ту ночь после ее возращения из Сочи, когда недопарень остался у Александры с ночёвкой…

Мои губы разъехались в болезненной ухмылке.

Нервы сдавали. А сердце рвалось через глотку. В глубине души я надеялся… Хер пойми на что я надеялся, разрушив все под чистую и окончательно отвадив от себя девчонку. Мудила.