База Накасты отозвалась быстро, но что толку! «ДэБи-14» стояла на профилактике, экипаж в отпуске. Где точно искать на Чионе Каша знала только Надежда.

И Аллант, вздохнув, послал вызов Шетону.

— Шетон… — начал было Аллант.

— О, кого я вижу! — Перебил его рептилоид. — Не ждал, честно не ждал.

Аллант, не перебивая, давал ему выговориться.

А рептилоид, внимательно посмотрев на собеседника, мгновенно переменил тон и спросил быстро и очень серьезно.

— Что-то случилось? Ведь просто так ты не стал бы меня искать.

— Случилось. — Угрюмо подтвердил Аллант. — Но, если честно, я искал Каша. А так как не знаю его координат…

— Что случилось-то? — Настойчиво повторил ящер. — Надежда натворила что-нибудь?

— Натворить не натворила, но ваша помощь ей сейчас необходима. Рассказывать все с самого начала слишком долго, но, если вовсе коротко, то дела обстоят так: Надежда ждет ребенка.

— Но это же прекрасно! — восторженно перебил его Шетон, — У людей сезон размножения слишком редок. Насколько я помню законы вашего вида, родителей следует поздравлять. Так что присоединяюсь.

— Спасибо Шетон, — устало выдохнул Аллант.

— Не понял! Ты будто и не рад?

— Да… рад, наверное… не знаю… но вот Надежда решила, что не хочет рожать этого ребенка. У нее опять жуткая депрессия, и токсикоз страшный, и вообще… все плохо. Я только-только ее наладил, вроде бы все нормализовалось. И тут, бац, эта беременность! И все стало еще хуже, чем было. Я уже не знаю, что делать. Вы не могли бы кто-нибудь прилететь? Я полностью оплачу перелет, не беспокойтесь.

— Беспокоюсь! И очень сильно, — ехидно отозвался Шетон. — Я, между прочим, по вашим человеческим законам, вообще, прихожусь Надежде родственником. Братом. Правда, не кровным, молочным. Мне ее отец объяснял. А кровь у нас не совместима.

— Я всегда считал, — зациклено твердил свое Аллант, не очень-то слушая собеседника, — что Надежда сильнее меня и спокойнее. А она сорвалась. Опять сорвалась!.. Но, если учитывать все обстоятельства… она даже не ест почти ничего. Так можно голодом себя уморить… и ребенка этого… тоже… Короче, прилетайте, если сможете… я здесь вам все объясню.

— Успокойся и жди. Надежде не говори пока ничего.

Шетон Ог скользящей походкой приблизился к изголовью кровати.

— Ай-я, девочка! Как же долго я тебя не видел!

— Шетон… — ответ был чуть слышным, но губы скривились в жалком подобии улыбки.

— Хорошо же ты встречаешь своего старого друга!

— Извини. Я сейчас… — Надежда подтянулась на руках и села, опираясь головой о спинку кровати. — Просто я сейчас не совсем в порядке.

— Оно и видно! А мы с Шетоном-младшим и Кашем рассчитывали отдохнуть тут у вас. Где-нибудь на океане, в уединенном месте. Компанию не составишь?

— Попробую. Если Аллант не будет возмущаться.

— Не буду, не буду. Твои гости — развлекай.

— Только переоденься в форму, пожалуйста. — Попросил Шетон. — Что-то я совсем не воспринимаю тебя в этих тряпках.

Тряпками обозвали тончайший батистовый пеньюар в пене розовых невесомых кружев.

Надежда усмехнулась и с готовностью быстро кивнула, за что сразу же и поплатилась — зажала рот ладонью и опрометью выскочила из спальни, цепляясь второй рукой за стену и дверные косяки, чтоб окончательно не потерять равновесие. Альгида выбежала за ней следом.

— Вот такие дела — грустно констатировал Аллант, со вздохом разведя руками.

— Ничего… — успокаивая, отозвался Шетон.

Через некоторое время, когда все сидели в напряженном молчании, в дверях появилась Надежда, в джанерской форме и поэтому кажущаяся совсем тоненькой и хрупкой девчонкой. Пряди волос на лбу влажные и прилизанные, взгляд ввалившихся глаз вопросительный и самую чуточку лукавый.

— Я готова, вообще-то.

Рептилоиды поднялись.

— Аллант, мы похищаем у тебя супругу на некоторое время. Мы будем где-нибудь на океане. Нас не ищи. Если что-то потребуется, мы сами тебя найдем.

Уже в коридоре Надежда обернулась:

— Кадав со мной. Бернет и Альгида остаетесь здесь до моего приказа. И не возмущаться!

Уж, каким образом Рептилоиды на чужой планете умудрились отыскать этот островок, затерянный в океане, неизвестно. Но они очень мягко опустили свой кораблик, летящий в атмосфере в люфтерном режиме на самый край вдающегося в океан узкого мыса. Весь островок — десять минут хода вдоль и поперек. В самой середине — миниатюрная рощица из тонких устремленных ввысь деревьев, трепещущих в недосягаемой высоте ленточками кожистых листьев, почти не дающих тени. Крупнозернистый, практически белый песок кругового пляжа. И все.