Ийдану же Котар нашёл на небольшой распределительной подстанции, питающей палубу с офицерскими каютами. Девочка спряталась за гудящим трансформатором, ничуть не страшась попасть под напряжение.

– Нашёл, – сказала она, улыбаясь.

Котар вздохнул, взял девочку на руки и отнёс обратно в каюту. Ийдану он усадил на кровать рядом со спящей нянькой, а сам сел на пол, чтобы не нависать над ребёнком.

– Послушай, Ийдана, больше не играй с людьми, если они не хотят, хорошо?

Девочка продолжала улыбаться. Котар вздохнул. Понимала она его слова или нет, – он сказать не мог. Котар потянулся к её разуму и продублировал послание образами.

– Со мной всегда играли! – воскликнула она.

– Теперь я буду с тобой играть. Не трогай других, ладно?

Ийдана помолчала немного, потом широко улыбнулась и кивнула.

– Пойдём! – воскликнула она.

В этот миг Котар и подумал о том, что, скорее всего, в его жизни ещё не было настолько же сложного задания.

10

Нет, Георг Хокберг так и не пришёл к здоровому образу жизни.

Утро, тысячи людей на "Амбиции" отправились на свои рабочие места, Георг же наполнил бокал амасеком и выпил залпом. Если этой ночью он потратил все силы с очередной фавориткой, то я эту фаворитку не встретил. Скорее всего, попытка вспомнить лихую молодость и несколько уроков фехтования от Вилхелма привели к тому, что Георг был разбит.

Если бы Авраам не отправился вместе со своими братьями в неизвестность, я бы, наверное, поспорил с ним о том, когда Георг плюнет на тренировки и вернётся к прежнему разгульному образу жизни. Я бы поставил на один терранский месяц.

На собрании, кроме нас с Георгом, присутствовали Мурцатто, Ловчий и Котар, который и позвал нас, несмотря на все возражения. Он хотел рассказать что-то о новом человеке в экипаже.

История получилось интересной, но одновременно и пугающей. Я в ту же секунду начал представлять себе картины скучающей или даже разгневанной Ийданы, которую оскорбили, что-то не дали или просто косо посмотрели.

Солдат, подрывающий себя гранатой. Повар, который шинкует собственные пальцы. Ремонтник, собравшийся в космос без скафандра. Да хотя бы и я, вонзающий себе карандаш в глаз.

Бррр…

– И где сейчас девочка? – спросил Георг, откинувшись в кресле.

– Я отвёл её к астропатам, – ответил Котар. – Они хотя бы проходили обучение и знают, как отгородиться от влияния извне.

Георг стих. Он открыл ящик стола и выудил оттуда мундштук. Подпалил сигарету, выпустил облачко дыма.

– Когда ты так долго молчишь, мне кажется, что ты выбираешь между плохим и ужасным решением, – проговорила Мурцатто.

Она как всегда выглядела безукоризненно. В тот момент – в строгом брючном костюме. Из вольностей, разве что, серебряная брошь на лацкане пиджака. Родовой символ – змея с крыльями.

Георг посмотрел на Мурцатто устало и ответил:

– Всё возможно.

– Боже-Император… – Мурцатто покачала головой и обратилась ко мне с Котаром: – Ну а вы что думаете?

– Исключать ликвидацию нельзя, – ответил Котар. – Если понадобится, я готов.

У Мурцатто глаза на лоб полезли.

А вот и зря. В Мурцатто заговорила мать, и эта мать забыла, что Котар – не рыцарь, а Ангел Смерти. Смерть!

Я же ответил:

– Мне много лет. Я видел кое-что похуже убийства ребёнка.

Мурцатто вздрогнула. Котар взял слово:

– Не нужно думать, что я – мясник и убийца. Смерть Ийданы – крайность. Никто ей не обрадуется.

– Ну ещё бы, – проговорил Георг.

– Чтобы этого избежать, господин Хокберг, нужны дополнительные вложения, – сказал Котар.

Георг вздохнул, махнул рукой и произнёс:

– Ну… меня предупреждали, что содержать псайкеров не менее накладно, чем их найти. Стреляй, не тяни.

– Нужно будет приобрести изделия из так называемого нуль-железа, – сказал Котар. – С этим проблем возникнуть не должно. Материал редкий, но не запрещённый для продажи.