Конечно, "Идолопоклонник" можно было взять на абордаж и завладеть редкой техникой, но не три же подобных боевых единицы одновременно, да ещё и в одной эскадре! И это я ещё не упоминаю излюбленные налётчиками и еретиками лёгкие крейсеры типа "Вестник ада" или рейдеры "Язычник".

Капитану Пиу Де Бальбоа хватило одного взгляда на сцепившихся в схватке не на жизнь, а на смерть противников, чтобы повести авангард компании – "Русалку" и пару пиратских фрегатов – на ту позицию, с которой можно было поразить все цели. Глава конвоя, магос Аурум, тут же отправил следующее сообщение:

– Не отклоняться от курса! Это не наша война!

Несмотря на расстояние между кораблями в несколько тысяч лиг, техножрец почти сразу получил ответ:

– При всём уважении, магос… они же нас ждали. Нас.

– Этому нет доказательств.

– Ну а что они ещё там делали?! На пикник собрались?!

Капитан Де Бальбоа оборвал связь, а магос Аурум разразился бранью на techna-lingua, понятной только служителям культа. В моменте он мечтал о том, чтобы поведать Георгу о невыносимом поведении и отсутствии дисциплины Де Бальбоа, но позже понял, что всё произошло так, как угодно Омниссии и Богу-Машине.

Вы можете спросить: "Откуда я всё это знаю?"

Я, как и всегда, отвечу, что писал рассказ уже после всех произошедших трагических событий и опроса непосредственных участников.

В чём же состоял план еретиков по мнению капитана Де Бальбоа?

Кто-то выдал врагам маршрут, и они разместили на пути конвоя сеть плазменных бомб, замаскированных под космический мусор. Уж чего-чего, а обломков в Ягеллонской звёздной системе пруд пруди – эхо войны, отгремевшей здесь больше пятидесяти лет назад.

Авангард конвоя должен был если не подорваться на бомбах, то получить серьёзные повреждения. Арьергард – "Tibi gratias ago Deus Mechanicus" и "Verbum Dei" – вдруг обнаружил бы рядом ударный крейсер, который посылал в его сторону абордажные торпеды с космическими десантниками.

Однако прежде, чем еретики воплотили план в жизнь, в дело вмешались орки. Еретики до последнего пытались сохранять хладнокровие, надеялись, что у зеленокожих слабые сканеры или же их нет вовсе, но те и без сканеров чувствовали, где можно подраться. Лучше всего на свете орки находили неприятности, и на этот раз у них снова всё получилось.

Выбранная тактика сыграла против флотоводца еретиков и привела к тому, что корабли зеленокожих оказались в опасной близости от его эскадры. Он даже не мог объявить отступление, так как поворачиваться к оркам спиной смерти подобно. Началось побоище.

Пока магос Аурум размышлял и оценивал риски, капитан Де Бальбоа доверился инстинктам, и привёл "Русалку" на дистанцию эффективного поражения цели.

"Русалка", кстати, больше не напоминала изуродованную вандалами скульптуру. Украшения по бортам древнего корабля не восстановили, – на них никогда не хватало времени, – зато носовую фигуру привели в порядок и даже перестроили. При Генрихе Эвери морская владычица грозила трезубцем, под руководством Пиу Де Бальбоа с игривой улыбкой звала, закрывая свободной рукой обнажённую грудь.

Однако эстетика отнюдь не самое важное в пустотной войне. "Русалке" восстановили зубы – батареи излучателей. Заказанные с разных верфей и миров-кузней, эти орудия нашли себе место вдоль бортов крейсера. Выглядели по-разному, испускали лучи разного оттенка, потребляли разное количество энергии, но теперь ни у кого не повернулся бы язык назвать "Русалку" беззащитной.

Первый же залп пронзил фрегат еретиков насквозь. Корабль так и завис в пространстве без движений, пока орки не растерзали его на кусочки.

Еретики оказались между молотом и наковальней. Только ударный крейсер вырвался из западни и огрызался залпами макроорудий. Он уходил всё дальше в астероидное поле, а вот остальным кораблям эскадры повезло сильно меньше. Приходилось вести бой на два фронта и, как будто этого мало, уклоняться от астероидов и россыпи каменных осколков. Не все снаряды летели в цель, какие-то попадали в планетоиды, какие-то откалывали огромные глыбы от орочьих летающих скал, короче говоря, поражающих элементов в пространстве с каждым мгновением становилось только больше. Пустотные щиты такие объекты не останавливают – они движутся недостаточно быстро, чтобы Духи Машины сочли их опасными.

Вражеский "Иконоборец", чей нос походил на лезвие топора, запустил двигатели на полную мощность и попытался покинуть простреливаемую область. Уже через пару минут он потерял управление, обшивка зияла пробоинами от астероидов.

Лёгкий и проворный "Язычник" нырнул под орочью скалу. Его капитан рассчитывал на то, что там никаких орудий нет. Ложная надежда стоила жизни, – орки облепили пушками скалу без всякой меры.

Уцелевший в перестрелке с орками "Идолопоклонник" отступил к конвою. На "Русалку" пришёл сигнал бедствия и предложение о сдаче, но Де Бальбоа капитуляцию не принял, превратил корабль еретиков в оплавленную братскую могилу.