Всё это время она витала вокруг преклонившего колени охотника, но теперь приземлилась и подошла к нему. Стараясь не глядеть на страшилище, Айиан снял с плетёной корзины крышку.

– Красавица… – только и произнесла Ходжун. Она резко взмахнула когтями и ударила ими друг о дружку. Потом Ходжун подняла ближайший камень и ступила об него обрубки. Наконец она наклонилась и вытащила Ийдану на свет.

Своим видом Ходжун могла напугать любого взрослого человека, но младенец неожиданно даже рассмеялся. Ходжун тоже усмехнулась приглушённо, а потом спросила:

– Ну и что же с тобой делать, дурочка? Съесть или оставить?

Ийдана моргнула, а потом с её маленьких пальчиков сорвались искры, словно кто-то высекал огонь с помощью кресала. Повязка на лице Ходжун начала тлеть, но ведьма не убила тут же на месте ни отца, ни дочь, а только покачала головой и произнесла:

– Ха, какая ты наглая! Умеешь заинтересовать.

– Я выменял у иномирян подарки для… – попытался сказать Айиан, но ведьма его тут же перебила.

– Эти безделушки мне ни к чему! Однажды Ийдана сама расплатится за доброту, – сказала ведьма. – Посланники человека из золота заберут её вместо меня.

Айиан кивнул. Ничего не сделаешь – и его жизнь, и жизнь дочки теперь в руках Ходжун. Но всё-таки…

– Мне… – Айиан прогнал липкий страх и продолжил, – мне можно будет видеться с дочкой?

– Если хватит духу, – отозвалась Ходжун. – Приноси половину от добычи на опушку Токай-рух и… может быть, я проявлю милость. Может быть, Ийдана простит тебя за то, что ты её оставил.

Айиан закивал часто. Оставалось только глотать слёзы и клясть судьбу.

– А теперь уходи! – прикрикнула ведьма.

Она указала рукой в чащу. Ветви деревьев и кустарников притянулись к стволам, открывая для охотника прямой путь, но он не обратил внимания на щедрый дар. Шёл, не глядя, низко опустив голову. Айиан даже забыл своё копьё.

А Ходжун подобрала копьё, оторвала острый железный наконечник и поднесла его к нежному смуглому лицу ребёнка.

– А может, всё-таки съесть? – спросила она шёпотом.

Над лесом разнёсся частый мерзкий хохот.

6 - "Небольшая неприятность"

Аннотация: кто же такие эти солдаты Classis Libera? Воры, разбойники и убийцы? Техноадепт Сера, другие разжигатели и жертвы революции на Стирии узнают об этом во время одного происшествия на борту "Стервятника".

1

С каждой минутой, проведённой на "Стервятнике", давящий холодный ком в груди Серы мало-помалу рассасывался. Она перестала отшатываться от каждой подозрительной тени и начала даже приглядываться к обстановке древнего космического корабля.

Космического корабля!

На "Стервятнике" всё было точь-в-точь, как в приключенческих романах, которыми Сера зачитывалась в детстве.

Матросы с татуировками на руках и лицах напоминали ульевых бандитов так же, как и было в "Полёте сквозь тьму". В той книге Густаво Ди Адольфо пришлось воспользоваться услугами вольного торговца Раха.

Отсеки и переходы "Стервятника", лишь слегка освещённые тусклыми люменами, вызывали в памяти "Не дар, а проклятье". Эту книгу Сера читала взахлёб ночью под покрывалом, подсвечивая строки фонариком. Сера окончательно погубила зрение, но добилась полного погружения. Она будто бы забралась под кожу персонажей и вместе с ними переживала боязнь замкнутого пространства и предвкушение встречи с очередным чудовищем космического скитальца.

Густаво Ди Адольфо вёл страдиотов по острову погибших кораблей, появившемуся из варпа неподалёку от планеты Марахии. Орки, генокрады и даже зло, которое нельзя представить, стояли на их пути, но Густаво рассеял тьму. В конце, истекая кровью, герой признался в любви своей давней соратнице, Манрикетте Мурцатто, и та спасла Густаво, проявив невероятную силу, использовав смекалку, и с помощью Бога-Императора.

Сера плакала, когда читала этот отрывок в первый раз.