Здоровяк ответил:

– Я просто не в первый раз встречаю псайкера. И да… Астартес – это я, просто ростом не вышел.

Котар перевёл взгляд на вольного торговца-щёголя в шляпе с пером, атласном камзоле, чулках, кюлотах и ботинках с пряжками.

– Приветствую, Георг Хокберг. – Лексиканий сотворил знамение аквилы. – Меня зовут Котар Ва-кенн. Я представляю благородный капитул Саламандр и прилетел сюда объявить решение магистра о переменах в нашем с вами договоре.

– Переменах?! – спросил Георг и нахмурился. – Каких переменах?

Однако он быстро пришёл в себя и тоже сложил руки в имперского двуглавого орла для приветствия, после чего произнёс:

– В общем… здравствуйте. Безмерно рад встречи, но давайте сразу к делу. Что же такого могло произойти, чтобы наследники самого славного легиона в Империуме отказались от обязательств?

Котар подошёл ближе, навис над вольным торговцем, а потом вручил тому запечатанную стеклянную колбу, внутри которой находился лист пергамента, свернутый трубочкой и скреплённый восковой печатью.

– До капитула всё чаще стали доходить тревожные вести о том, что наши воины под вашим руководством участвуют в грабежах имперских миров и нападениях на гражданские суда, – проговорил Котар. – Есть сведения о столкновениях с инквизицией, с Adeptus Mechanicus и даже об осквернении имперских святынь.

– Прошу, – Георг поморщился, – не так громко.

Вольный торговец сделал шаг назад, а потом произнёс:

– В этих сведениях… на самом деле есть доля правды, господин Ва-кенн…

Котар прищурился и проскрипел зубами, а Георг быстро поднял палец вверх и проговорил:

– Дослушайте до конца! Доля правды-то есть, но я всё могу объяснить. Так называемые "грабежи" проходили во время гражданских войн, когда все кругом правы и неправы одновременно.

Памятуя о том, что заросший здоровяк чувствителен к применению силы, Котар не стал читать мысли Георга. Говорил торговец вполне убедительно, хотя Котар и не собирался сразу принимать или опровергать обронённые слова.

– Столкновение с инквизицией – ужасное недоразумение, – продолжал Георг. – Позже мы в полной мере искупили эту ошибку.

Он показал рукой на солдат, которые стояли подле. На их кирасах Котар на самом деле увидел выгравированные литеры "I".

– Как вы можете заметить, – сказал Георг, – мы больше работали с инквизицией, а не сражались против неё. Отправьте запрос в экклезиархию Нагары, они подтвердят, так как тоже оказывали поддержку инквизитору Ordo Hereticus Жоанне Де Труан.

– Только не пытайтесь меня обмануть, господин Хокберг, – проговорил Котар. – Я здесь не для того, чтобы заменить павшего боевого брата. Я – глаза и уши великого магистра Ту’Шана. Он крайне обеспокоен ситуацией, ведь наша репутация под угрозой.

– Я говорю правду! – воскликнул Георг. – Я дорожу сотрудничеством и постараюсь оказать любую помощь, которая только потребуется.

– Очень хорошо, – Котар кивнул. – Как только с недоразумением будет покончено, вы сможете рассчитывать на прежнюю поддержку Саламандр во славу Повелителя Драконов.

Георг выдохнул заметнее, чем следовало бы, и Котар понял, что какие-то грехи за вольным торговцем водятся.

Но для того он и прилетел. Провести расследование.

Котар ещё раз окинул взглядом всех присутствующих, а потом обратился к Георгу:

– Прошу, покажите мне выделенную каюту и дайте проводника. Я оставлю багаж и постараюсь как можно быстрее разобраться с делом. Я считаю, так будет выгоднее для всех.

– Хорошо, – Георг кивнул, а потом обратился к здоровяку: – Авраам, наш дорогой гость теперь на твоём попечении. Не затруднит?

– Нисколько.

Выражение лица этого десантника не внушало доверия, но Котар не смутился.

Он завершит расследование или погибнет в процессе. Иного не дано.

4

У Айиана стучали зубы. И дело далеко не в морозе, просто он, наконец, добрался до того места, о котором говорили исключительно шёпотом, ночью и под крышей, чтобы боги не прознали о твоём любопытстве.