Тогда решила действовать жёстче:

– Ты старый, Семен. Найди себе кого-то по возрасту.

Вот тут я задела его, но совсем немного. Словно царапнуть огромного льва ножиком для масла.

– Ты будешь моей… – словно в бреду прошептал мужчина, дыша при этом паровозом. – Полюбишь…

– Я? Никогда! – в сказанном я не сомневалась ни секунды. – Ты наглый, заносчивый, настырный, самовлюбленный…

С рыком его губы накрыли мои, затыкая. Мой первый поцелуй… Он был такой рваный, безумный, дикий, пьяный… Я не любила Семена, он мне даже не нравился, но, черт бы его побрал, это был не просто поцелуй, а взрыв мозга. Мир разделился на «до» и «после».

А я ведь никогда до этого не целовалась… Боги, почему? Если это каждый раз НАСТОЛЬКО головокружительно прекрасно, окрыляюще и возбуждающе, то я многое упустила.

«А если бы на его месте был Макс, было бы лучше?».

Когда Семен отстранился, я все не могла вернуться в реальность. Но стоило увидеть его лицо, внимательно изучающее мою реакцию, как на глазах появились слезы. Осознание убило на месте! «Он украл мой первый поцелуй. Украл! – кричала я про себя. – Все должно было быть не так! Не здесь! Не с ним!».

– Катя… – хриплый голос, полный шока, и глаза Семена расширились, словно осознавая происходящее. – Катюш…

Он потянул ко мне ладонь, собираясь вытереть слезы, но я отмахнулась. А после собралась с мыслями и отвесила ему пощечину. Он даже не дернулся.

– Теперь я понимаю, зачем ты спас меня от тех ублюдков, – слова лились прямо из разбитого сердца, – Хотел занять их место.

Он тут же поморщился. Это был настоящий удар. Пошатываясь, встав на ноги, Семен отвернулся к реке. Быстро вскочив, я завязала купальник, привела себя в адекватный вид.

– Катюш, – снова начал он свою песню, – не знаю, что на меня нашло. Мне так…

– Нет, не говори, – я взмахнула рукой, прерывая его поток извинений. – Все, что произошло на этом берегу реки – этого не было. Ясно? Мы никогда об этом не вспомним и будем жить, словно ничего не было.

Он виновато кивнул. Так много слов было в его глазах, но Семен промолчал.

Глава 8

– Катерина, – окликнула меня бабушка с кухни. Поспешно оторвавшись от чтения, я застала женщину сидящей на кушетке, взмокшей от духоты и обмахивающейся тетрадью с рецептами, – у меня для тебя важное задание. Нужно прямо сейчас это сделать.

– Что угодно, ба! – ничего не подозревая, я расплылась в широкой улыбке. – Ты же меня знаешь.

Заканчивался июль, время шло неумолимо быстро. За два месяца в Мариновке я снова втянулась в привычную сельскую работу и не позволяла бабушке прикасаться к огороду и скотине. Дополнительно выполняла каждое ее требование и мимолетную просьбу. Единственное, что женщина закрепила за собой – это готовку. «Кухня – моя!», – строго настрого определила та еще много лет назад. Ей крайне не нравилась любая помощь в этом деле.

– Мясо в запасах кончается, – буднично махнула рукой та в сторону улицы. – Пойди освежуй нам пару-тройку курочек.

Не веря своим ушам, я встрепенулась:

– Что-что?..

Она бросила на меня строгий пронзительный взгляд:

– Что непонятного, Катерина?! Нам нечего есть, кончилось мясо в морозилке. У меня сегодня давление скачет, наклоняться совсем не могу, а уж за курицей бегать подавно. Давай, по-молодецки… Туда и обратно.

В голове возник шум. Я отчетливо ощущала привкус кислоты во рту, и как в судороге поджимаются пальцы ног.

– Но, – глаза забегали по кухне, ища хоть одну причину отказаться, – может мы просто…

– Это сложно, да, – взмахнув рукой, бабушка казалась решительнее, чем когда бы то ни было. Я одного не могла понять: зачем ей это надо. Почему именно сейчас. – Но такова наша жизнь. Мы едим мясо, оно необходимо для здоровья человека.

Никогда ранее я не видела, чтобы бабушка делала что-то с животными, хоть и трезво понимала, откуда блюда на столе. Мое наивное сознание глупо считало, что это другие животные, не наши. Да и не бабушка лишает их жизни, не моя любимая старушка. Нанимает кого-то, платит за это деньги…

Реальность упала на плечи тяжелым грузом осознания.

«Не будь лицемеркой, – фыркнул внутренний голос. – Осуждаешь ее? Правда, что ли? Она все эти годы скрывала от тебя жестокости этого мира, являющиеся обязательными для выживания. А ты что? Это твоя благодарность?!».

Слезы, непрошенные и безвозвратные, выкатились из глаз и полились по щекам. Я поняла, что смогу сделать все, что угодно, но не это.

– Давай сегодня без мяса, – натянуто улыбаясь, я делала вид, что совсем не рыдаю. – Говорят, это даже полезно. Очищение организма и все такое…