У Тейна болела каждая косточка и ныла каждая мышца. Ему требовалось срочно начать двигаться, а то он мог схватить переохлаждение и надолго выпасть из игры, если попросту не сдохнуть в этих застенках.

Поэтому умбаранец кряхтя в несколько толчков ослабшими руками перекатился поближе к кровати, куда не доставала холодная лужа. Ему требовалось ускорить поиски ответа, пока Роммель не решил разнести это место, только чтобы не дать умбаранца в обиду.

***

Стоя в собственной каюте Роммель расстегнул воротник кителя. На Изигеле место экономили на всем, даже капитанская каюта напоминала пару приставленных друг к другу грузовых лифта, чем нормальное жилое помещение. Радовала только полноценная душевая и огромное обзорное окно из укреплённого транспаристила, тянущееся полоской вдоль всей стены. Прочный материал надежно защищал тушку любого органика внутри металлической банки, по недоразумению называемой космическим кораблём. На самом же деле, все эти космические корабли до определённой степени напоминали больничные палаты, чуть ли не до стерильного чистые и пустые. А серые стены коридоров кого угодно вводили в уныние и безнадегу, стоило только застрять на корабле безвылазно больше года.

— Капитан, ваш сеанс связи готов, — по внутренней связи доложил первый помощник.

— Соединяй, — Роммель проверил, что связь идет по шифрованному каналу и включил голографический проектор.

Прямо вслед за расчищенным от пиратов пространством в этот отдаленный уголок галактики приходила цивилизация. Лютиус раскошелился на несколько гипер передатчиков для сверхдальнего общения.

В центре комнаты появились голограммы капитана Танаки и лейтенанта Гюрзы.

— Капитан, — Гюрза отжала честь.

— С прибытием на Бэк Прайм, — Роммель оперся на кофейный столик, — надеюсь, что местные показали вам гостеприимство.

Роммель перевел взгляд на Танаку.

— Если, банда бритых гонщиков, считается моими будущими учениками, которые совершенно случайно устроили пьяную вечеринку встречая меня, и если принять это за приветственную встречу, то да. Гостеприимство! — заявила лейтенант словно плюясь ядом.

— Команда Изигеля уже скучает, — заверил ее Роммель, — спокойно обучите первый курс и возвращайтесь.

Гюрза закатила глаза, но вытянулась по стойке смирно и отчиталась:

— Есть обучить бездельников!

— Капитан? — Роммель переключился на Танаку.

— Инженеры подготовили тренажеры. Первые серийные двадцать первые будут уже через три месяца. Успеем вбить немного дисциплины в наглецов, — заверил Танака.

— Что-то еще?

— Ничего особенного. Посылаем разведчиков, как вы и просили. Ищем, где у нас пробоина, — Танака старался не выдать смысл операции, по рассылке дроидов разведчиков в соседние системы.

Они уже несколько недель искали стабильные гипермаршруты по координатам, которые Роммель нашел в древнем храме.

Лейтенант только скрестила руки на груди с видом: “мальчики секретничают”.

— В остальном же, никаких проблем.

— Тогда это все, — попрощался Роммель и потянулся, чтобы выключить связь, но на дисплее отображается входящий вызов. И снова с Бэк Прайм.

Прежде чем ответить Роммель набрал помощнику:

— Как до нас смогли дозвониться? Мы на патруле.

Господин Бернц:

— Сэр, звонок перенаправили с Жемчужины на ваше имя. Дипломатическая линия.

— Понял, спасибо.

По дипломатической линии с Бэк Прайм Роммелю могло позвонить от силы несколько человек. Пришлось ответить.

— Виконт, вы заставляете ждать свое отца, — над полом появилось мерцающее изображение графа Теодор Бэк.

— Искренне, прошу прощения, ваша сиятельство…

— Теперь герцог, — заметил отец, и Роммель прикрыл глаза.

— Когда?

— Только что. Я можно сказать звоню тебе после срочного собрания лордов.

— Примите мои поздравления, отец.

— Спасибо. Я принимаю эту ответственность с тяжелым сердцем, — новый герцог Бэк изобразил самую искреннюю печаль на какую был способен, — через два дня будут похороны герцога Норна.

— Мне нужно будет прибыть?

— Излишне, — сразу остановил Роммеля отец, — позже, как освободишься, засвидетельствуешь. Пока же, мне интересно, что за беготню ты устроил в родной системе.

— Вас интересует что-то конкретное, мой лорд?

Герцог Бэк только хмыкнул. То ли ему нравилось, когда сын соблюдал этикет, то ли испытывал чувство долгожданного триумфа, которое не могло затмить даже непослушание Роммеля.

— Меня интересует, что-то конкретное. С одной стороны, меня очень, я повторюсь, очень радует твоя вовлеченность в дела нашей академии. Профессора высоко оценили твои инженерные навыки и готовы рассмотреть выдачу тебе научного звания. Несколько лет и из тебя получится полноценный конструктор космических кораблей.

По этому поводу Теодор испытывал смешанные чувства. С одной стороны это направление выходило за классические школы, принятые в изучении в семье Бэков, с другой же стороны все выходило лучше игры в солдатиков…