Кровь брызнула во все стороны, заливая лицо орущего мужчины. Камень рассёк ему бровь, вызвав обильное кровотечение и может сотрясение, но не больше.

— Чертовы засранцы! Да вы у меня голодать будете! После того, как вам ребра пересчитают!

По сигналу тревоги поднимался особый отряд спецназа. Всем заключенным следовало немедленно вернуться в камеры или лечь на пол, где бы они не стояли.

— Эй, одноногий, ты не слышал господина начальника? — рядом с дробилкой показался задира никто в компании двух людей-прихвостней.

— Твои подружки? — Тейн не спешил исполнять команду, только поудобнее облокотился на тележку, где среди породы лежала лопата.

— Начальник просил, тебя сильно не уродовать. Ведь кто-то уже постарался, — оскалился никто и заостренным куском железа обернутым в тряпки показал на искусственную ногу умбаранца, — почешите ему ребра, мальчики. И поспешите.

— Ха, — обрадовались помощнички и ринулись в сторону умбаранца.

— Не дёргайся, старичок! — погрозил бугай и размашисто

Тейн же пригнулся, пропуская над собой тяжелый удар. Ему только и осталось, что ударить протезом ровно в коленную чашечку, чтобы враг повалился на землю и заныл от боли.

Второму громиле досталось сразу следом. Тейн повалил груженую тележку, поднимая облако пыли. Словно дымовая завеса пыль скрыла умбранаца, ровно до того момента, как он не ударил прямо в солнечное сплетение, зажав в пальцах металлический колышек, которым обычно крепили страховочные тросы в шахте.

Стоило пыли осесть, как стало понятно, что дешевое мясо кончилось, и Тейн остался наедине с никто.

— Тебе не жить! — задира многозначительно провел ладонью по шее и выставив руку с заточкой, пошел в наступление.

Тейн же чуть согнул колени и согнулся, сжимаясь всем телом словно пружина готовая выстрелить.

Механический протез ловко поддел выпавшую из вагонетки лопату прямо Тейну в руки. Одного взмаха черенком хватило, чтобы среди воя сирены раздалось громкое боньк.

— Ах, мелкое дерьмо, мои глаза! — никто получил удар плашмя, что не помешало ему закрыться своей же заточкой, вот он сам себя и ранил, — я тебя поймаю, маргала выколю, мелкое дерьмо!

— Ага, давай помогу найти, — сладким как пот больного сахарным диабетом второго типа голосом ответил Тейн и толкнул задиру прямо в барабаны дробилки.

Уходил никто тяжело. Металлические барабаны с зубьями легко перемалывали кости, давили грудную клетку и гнули металлическую пряжку, все исчезло в недрах машины кроме крови. Сначала заключенный стал напоминать надутый воздушный шар, который зажевало в жерновах на кухне, а потом он лопнул.

Тейн только и успел обрадоваться вспышке от станера, прежде чем его накрыло фонтаном из смеси нечистот и крови убитого. А потом блаженный отдых.

Очнулся умбаранец через несколько часов на холодном полу собственной камеры. Тело подрагивало от волны холода, проступавшей через онемение станера. На форме местами остались темные пятна, а материал сильно промок, словно кто-то попытался помыть Тейна из шланга пока он “отдыхал”.

— Проснулся? Лучше вставай, а то еще обдам освежающим душем. Хотя… от тебя все-ещё прет, так что может, действительно стоит…

Тейн не в силах встать перевернулся на спину. Надзиратель со шлангом стоял над люком в потолке камеры и скалился.

— Ну что? Как тебе наше гостеприимство?

— Хорошо… — слабо протянул Тейн, — не бьют, почти, кормят, в тепле держат…

— Что? Все прям так и устраивает?

— Все устраивает, начальник…

Говорить не хотелось, а в горле изрядно першило.

— А зачем тогда заключенных обижаешь? Пустил два два семь в камнедробилку?

— Несчастный случай…

— Несчастный? Ага! — надзиратель заржал и хлопнул себя по ноге, — во заливает. Ты еще скажи, что выходить не хочешь.

— Конечно хочу, — Тейн решил не выходит из роли туповатого наемника, — а что, можно?

— Нельзя. Нельзя, пока ты не скажешь, зачем пришел и кто тебя послал.

— Так с боссом я прилетел, я же уже говорил. Наняли меня, как телохранителя.

— Ага, а получать битые документы и вынюхивать о гражданах Ромина тебя тоже наняли?

— Профессиональное.

— Что-то? — надзиратель приставил руку к уху, делая вид, что внимательно слушает.

— Я контрабандой подрабатываю в свободное от наемничество время. Думал, что и тут что-нибудь получится.

— Контрабандист и здесь? Ну да, расскажи сказочку. Сюда приходя либо прятаться либо разыскивать, и ты точно не похож на того, кто прячется. Так что пока ты не начнёшь говорить, кто тебя послал, отсюда не выйдешь. Наемник.

Надзиратель активировал консоль на стене и люк в потолке захлопнулся.