— Оборотни, духи, магия, реальные драконы и единороги, — улыбнулась мечтательно Елизавета Вторая. — Помню, как в детстве матушка рассказывала мне сказки на ночь о вашем мире. Боже мой, как я тогда жалела, что не родилась колдуньей.

— В большинстве своём волшебники — это обычные люди, только использующие в быту не электричество и нефть, а магию и зелья, — дружелюбно улыбнулся Палпатин. — Я не знаю, что послужило разрывом между нашими мирами в прошлом, но очень надеюсь, скоро всё изменится. Волшебники приобретут долгожданную возможность открыто участвовать в делах человеческой цивилизации, а обычные люди незамедлительно получат доступ к магической медицине и уникальным товарам народного потребления.

— Вот только боюсь, мы уйдём раньше, когда жители всех вероятностей нашей Земли смогут свободно путешествовать среди звёзд, — с грустью сказала Елизавета Вторая. — Как бы я хотела сама увидеть новые миры!

— Потомки будут помнить вас как величайшую королеву нашего времени, — уважительно поклонился Палпатин. — Хотя мы не в силах изменить отмеренный нам срок, волшебные зелья значительно повышают качество жизни любого человека. Согласитесь, разве не приятно, когда, несмотря на годы, колени не болят, простуды обходят стороной, а железное здоровье царственных особ вызывает восхищение у дотошных лейб-медиков?

— Ха-ха-ха! — звонко рассмеялась Елизавета Вторая. — За волшебные зелья вам отдельная благодарность от всех нас, король Лонгботтом. Даже ваши великолепные алмазы меркнут перед таким невероятным подарком! Если бы не возраст, мы с Филиппом уже задумались бы о пятом ребёнке.

Палпатин вежливо улыбнулся, принимая благодарность королевы. Далее разговор перешёл на животных. Елизавета Вторая была заядлым селекционером, занимаясь выведением собачьих пород, и Палпатину едва удалось отговорить королеву от идеи, скрестить её любимых корги с оборотнями. Осторожно переведя тему на внешнюю политику, Шив обсудил с хозяевами слишком наглое поведение итальянцев и испанцев, после чего Елизавета Вторая твёрдо пообещала переговорить с Бурбонами, а насчёт итальянцев только пожала плечами и сказала:

— Вы можете делать с ними всё, что захотите, дорогой друг. Они отреклись от своих королей, изгнав несчастного Умберто и провозгласив республику. С того момента на них не распространяются древние договоры с миром магии. Вы ведь знаете, что Ватикан имеет сильное влияние на итальянцев. Для большинства государств королевские семьи всегда были символом Договора с миром волшебников и гарантом защиты обычных людей. Если же страны изгоняли своих законных правителей, то колдуны и ведьмы быстро получали возможность творить что угодно с жителями. В истории немало примеров таких несчастных государств.

— Все разумные люди знают: Великобритания никогда не предаст своих монархов. Под вашим покровительством находится множество стран, где вас до сих пор считают Королевой. Пока у власти Виндзоры, Оловянным островам нечего бояться, Ваше Величество, — с подчёркнутым уважением поклонился Палпатин.

Елизавета Вторая мягко улыбнулась и зевнула, прикрыв рот рукой, показывая, что устала. Шив понял, что аудиенция завершилась, и начал прощаться с королевской четой.

Выйдя из дворца, провожаемый напыщенным камергером, он отошёл от резиденции на достаточное расстояние и просто растворился в воздухе, мгновенно исчезнув со всех камер королевской охраны, внимательно следивших за поздним гостем. Теперь оставалось только ждать.

«Хэллоуин уже совсем скоро, а значит, надо готовиться к возрождению Волдеморта», — подумал Дамблдор, глотая мерзкое зелье из крошечного флакона. Уже месяц он принимал лично сваренный алхимический состав. Когда Лестрейндж попросит его помочь в ритуале, тёмных ублюдков ждёт сюрприз. Через кровь, которую Волдеморт использует для своего возрождения, Альбус сможет управлять телом противника.

В окно нетерпеливо забарабанила сова. Через минуту Дамблдор, сердито сверкая глазами, читал письмо от Мюриэль Прюэтт. Той не удалось получить ответа от маггловского премьер-министра. Прюэтт даже встретиться с Блэром не смогла. Её попытки пройти сквозь портрет Улика Гампа оказались неудачными из-за наложенной кем-то блокировки. Как только Мюриэль произнесла заклинание и портал начал формироваться, рядом с женщиной появился человек в маске невыразимца.

Волшебник упрекнул леди Прюэтт за то, что та, не получив разрешения от нового министра, общалась с официальными лицами Великобритании.

— Даже лидер фракции магглолюбцев больше не имеет права контактировать с магглами иначе как в качестве частного лица, — равнодушно произнёс невыразимец. — И для этого вам совсем необязательно было отводить глаза мисс Клируотер и пробираться тайком в кабинет министра.

Прюэтт раздражённо пообещала невыразимцу, что при первой же возможности выскажет Лонгботтому все претензии. Ей удалось сохранить лицо в неприятной ситуации, но Альбус понял, что его идея подключить простецов к охоте на Керригана не сработала. Противник ловко отвечал ударом на удар, постепенно обкладывая их со всех сторон.

Внезапно защита дома предупредила Альбуса о незваных посетителях. Выведя на стену магический экран, он с изумлением узнал топтавшуюся возле калитки Лестрейндж, рядом с которой стоял незнакомый молодой мужчина смазливой внешности. Впрочем, Дамблдору потребовалось всего несколько секунд, чтобы догадаться о личности волшебника. Альбус расстроенно выругался и, стиснув в руке палочку, пошёл открывать нежданным гостям.

— Предвосхищай чужие ожидания, так ведь, старик? — нагло улыбнулся ему прямо в лицо Волдеморт. — Доброе утро, союзничек мордредов.