Эрио пустила тоненький ручеёк маны в тело, которое даже на такие манипуляции отзывалось недовольством. Превозмогая острую боль и слабость, она заставила пальцы ухватить пушистое ушко и подтянуть к себе.

– Я в своём доспехе живу, и не ною. Потому что он десятки раз помогал избежать встречи с предками. Стрела не будет спрашивать, где твой доспех, а вонзится в беззащитную плоть. Враги не будут ждать, пока ты облачишься в броню, а изрубят это изнеженное тельце на куски. Я не собираюсь слушать отговорки, когда простое неудобство стоит вровень с твоей жизнью. Ты ведь больше не будешь меня так огорчать?

Шель начала хныкать от обиды, но стоило отпустить ухо и разок провести по волосам, как она бросилась обниматься. Кошка не смогла закричать только потому, что дыхание перехватило. Котёнок ластился, выплёскивая скопившиеся эмоции на родной груди, позабыв обо всём. Эрио чувствовала, как сознание постепенно растворяется в бескрайнем звёздном море, мерцание которых становилось всё тусклее. Когда она уже практически не соображала, боль стала затухать, позволив рассудку всплыть на поверхность.

– Хозяйка?

Кошка пожелала взглянуть на обстановку, и новый глаз тут же отозвался, позволив увидеть девку и Шель. Агнес стояла на одном колене и держала сестру, которая пристыженно опустила голову.

– Кху-кху… Ага. А теперь нежно поднимите мне голову и дайте попить.

Котёнок тут же подполз на коленках и выполнил все указания. Эрио стало немного легче, по крайней мере, тошнота начала отступать.

– Ну и жуткий у тебя глаз, начальница! Эти татуировки сами по себе вызывают странное ощущение, а теперь от твоего взгляда вовсе хочется убраться подальше. Может, повязку тебе сделаем, на всякий случай?

Кошка на секунду задумалась о том, как же именно выглядит подарок Госпожи, и тут же увидела своё лицо. Глазик действительно вызывал острое желание тут же отвести взгляд. Склеру и радужку поделили надвое и покрасили в противоположные чёрные и золотистые тона, постоянно перетекающие друг в друга. В центре сиял тревожно алый вытянутый зрачок, как раз вызывающий больше всего тревоги. Татуировки действительно дополняли образ, превращая таинственное в жуткое. Выходило, что девка ещё очень тактично выразилась, описывая всю эту красоту, хотя, в то же время, что-то заставляло продолжать смотреть. Громкий звук заставил рефлекторно пожелать увидеть источник – всего лишь какой-то недотёпа уронил молоток на шлем.

– Мамочки… Я пошла за повязкой!

Эрио продолжала смотреть на две картины вместе, а потому отлично понимала чувства Агни: от зрачка, будто капля краски, отлип небольшой кружочек, связанный тонюсенькой нитью, заставив чёрно-белую палитру поплыть ещё сильнее. Словно в глазу появился ещё один, но поменьше. Поддерживать сразу две картинки оказалось сложно, поэтому Кошка быстро свернула вторую. Око тут же вернулось к менее жуткой форме, что не могло не радовать.

– У тебя что-то с глазом?

Настороженно спросила Шель. Будь это иная часть тела, она тут же подверглась тщательной проверке.

– Да. Его починили, но выглядит он страшнее прежнего. Лучше покорми меня нормально, пока я с голоду не умерла.

Котёнок тут же поднял позабытую миску и с радостной улыбкой продолжил кормление.

– Всё равно это здорово! Может он не такой уж страшный, а болтунья просто преувеличила?

– Не, она приуменьшила. Он такой жуткий, что, м-м, пустая глазница смотрелась бы приятнее.

– Ну и ладно. На людях можно прятать, зато в битве сможешь лучше видеть – всё равно шлем всегда на голове.

– Ага. А закрой ка мне рукой левый глаз.

Шель безропотно положила ладонь на левую сторону лица. Предположение оказалось верным – она по одному желанию могла видеть сквозь препятствия.

– Может, помассировать его, если болит?

– Нет, все хорошо. Но я теперь настоящая фокусница! Спорим, мне не составит труда угадать, сколько пальцев ты покажешь за спиной?

Сестра закатила глазки и нажала ей на нос.

– Ты постоянно какие-то фокусы выкидываешь, так что не пытайся меня обвести вокруг пальца, как маленькую.

– Начальница, вот повязка. К слову, пока искала, слышала о твоей новой подружке. Детишки рассказали о её злодеяниях, так что монашка усыпила дуру понадёжнее и связала. Я всё невзначай разнюхала: её даже не охраняют толком, просто перекинули через лошадь и везут, как мешок, вместе с другими грузами. Освободить ночью не составит труда, если нужно.

Девка появилась со стороны кучера и принялась шептать новости, в то же время завязывая повязку.