Итак. В ранец на спине спальный мешок, запас пищевых пайков и, на особое крепление — фляга с деактиватором и автоочищением. Еще подумал, и сунул по паре магазинов и к винтовке и к пистолету. Иду на обход владений, с заходом на предлагавшиеся к продаже участки. Не на войну. Но привычка — вторая натура. Без запаса боеприпасов чувствую себя каким-то… ущербным. Неполноценным. Легко бы без пищи ушел. Лето. Лес. Неужели я себе пропитание бы не нашел? А вот без оружия — не смог бы через себя перешагнуть.

На бедро метатель парализующих игл. Выхватывание оружия из набедренной кобуры настолько в кровь въелось, что это первое, что делает рука при встрече с опасностью. А какая главная опасность в лесу? Хищные звери, конечно!

На грудь, поверх панциря, бластерный пистолет. Это уже аргумент против людей. Так. Пригрозить какому-нибудь залетному придурку. Продемонстрировать серьезность намерений. Винтовка — за спину. Она — палочка выручалочка на случай атаки недоброжелателей.

Прежде я на Авроре нигде силу не выказывал. Даже тех ушлепков на парковке у придорожного заведения, по мягкой схеме уработал. Мог ведь их и наглухо там всех положить. Повод был, и полиция ко мне претензий бы не имела. Групповое вооруженное нападение. Имел право защищаться по полной программе.

И было у меня ощущение, что мне это за слабость зачли. Размяк, мол, бравый полковник на гражданке. Расслабился, пенсионер. Приходи и бери его голыми руками. Это я знаю, в чем причина моей мягкости. А они-то — нет. И это для них великий соблазн. Значит, они, привыкшие распоряжаться и повелевать, обязательно соблазнятся, и придут. А тут я с винтовкой.

Кивнул своим же мыслям, проверил, как оружие держится в захватах на спине, и как легко выхватывается, да и побежал. А и чего не бежать? Природа, прекрасная погода, здоровья пока хватает, а встроенный в доспехи скелет помогает передвигать конечности. Будь я в нем, когда «приступочек» свой нашел, я бы тропинку наверх искать не стал. Просто запрыгнул бы, да и все. Для человека, большую часть жизни проведшего внутри такой вот «скорлупы» — это раз плюнуть.

Река, текущая с востока на запад, делит мой лес на две неравные части. Северная часть поменьше, южная — понятное дело — побольше. Идея была обойти весь лес по периметру. Хотелось посмотреть на собственность, ну и за одно, поискать следы посещения частной территории незваными гостями.

Это я к тому, что было все равно с какой опушки начинать. Решил пробежаться до истоков ручья, а оттуда уже повернуть на юг. Рассудил, что раз южная опушка ближе всего к человеческим поселениям, то и шанс найти что-то криминально будет выше.

Граница моего участка превышает сотню километров. Чтоб вдумчиво ее осмотреть, ответ на это четверо суток. Просто пробежать можно было и гораздо быстрее, но на скорости разве можно насладиться видами? Повстречать представителей моего населения. Оценить состояние деревьев? Какое там! Несешься, как лось, через заросли, распугивая все живое.

Отбежал от дома с километр, и притормозил. Во-первых, рельеф стал сильно изрезанным. Во-вторых, интересно стало. Сосновый бор и не думал заканчиваться, и вот заметил, что по веткам и золотистым стволам следом за мной скачет пара белок. Напомню: туземные белки — это не те мелкие забавные зверушки, что водятся на Земле. Нет! Это здоровенные, со среднюю собаку размером, тушки. Еще и необычно окрашенные — серо-зеленая с блестками шкурка, горсть тонких, по-змеиному извивающихся вибриссов на голове, ушки с кисточками и богатый, светло-серый, пушистый хвост. Знакомьтесь, это аврорская гем-белка.

Бежал я совсем не медленно. Спидометра в доспехе не предусмотрено, но точно быстрее двадцати километров в час. А эти две мохнатые задницы за мной легко поспевали.

Остановился, дождался, когда тварюшки припрыгают на ближайшую низку ветку, и громко спросил:

— Чего же ты беззащитных девушек мне тут пугаешь? Как тебе не стыдно?

Одна из белок фыркнула, и развела лапками. А потом и вовсе показала мне богатый пушистый хвост. Вот, мол, я какая. Красивая, и совсем-совсем не страшная.

— Ты больше так не делай. Ладно? Договорились?

Зверек внимательно на меня посмотрел, и кивнул. Вот ей Богу — кивнул. Чудны дела твои, Господи! Она что? Поняла меня?

— Ты людей в лесу видела? — поинтересовался я, когда удалось отодвинуть в сторону странные мысли о возможной разумности мутанта.

— Чирик, — удивилась белка. Мол, вот же ты. Человек. Конечно, видела.

— А кроме меня и Лилу?

Парочка разразилась целой трелью, видимо, общаясь между собой. И вынесла вердикт. Да. Бывают иногда. Понятия не имею, как так выходило, что смысл их воплей до меня легко доходил.

— Есть места, где часто бывают люди? Имею в виду, кроме меня и девушки.

Тут цоканье и чириканье было более конкретно. Есть. И белки даже готовы показать. Только я медленный. И тяжелый. И смешной. Где мой хвост? Как можно жить без хвоста?

Мать моя — женщина! Почему я их понял? Больше того! Только тут до меня дошло, что говорю им, не снимая и не открывая забрало шлема. Он же звуки вовне не пропускает, а они меня слышат и понимают. Мистика какая-то.

— Я сейчас иду к истоку ручья, — обозначил интересы я. — Осмотрюсь там. А после готов сходить в то место, где часто бывают другие люди.