— Откуда ты это знаешь? — С легким недоумением спросил у меня брат, посмотрев на меня немного по новому. Все же до этого я хоть и проявлял свои способности как неплохого философа на каллиграфии и редких беседах и диспутах с местными монахами, когда отец звал их в гости, но подобной житейской мудрости Лао от меня никогда не слышал.

— Я просто это чувствую, брат. — Ответил я, слегка соврав. Ведь хоть в прошлой жизни мне и не довелось стать отцом, я очень много времени проводил со своими двоюродными племянниками, пока их мать была слишком занята построение карьеры на работе в очень престижной фирме. Я не осуждаю ее за это, ведь когда она достигла чего хотела, то быстро переключилась на воспитание сына и дочери, но первые годы жизни ее дети называли меня папой, что часто выбивало меня из колеи. Ведь тогда мне было всего 16. — Да и не у одного тебя в нашем поместье недавно была свадьба. Три наших служанки за последний год замуж вышли и родили. От них я многое узнал, пока подслушивал.

— Вот как. — Выдохнул брат, ненадолго замолчал, а после улыбнулся и кивнул. — Ты прав. Не важно кто родится. Мальчик или девочка. Я буду любить его одинаково сильно.

— Так держать. — Стукнул я его кулаком, от чего он поморщился. Все же мои руки были закалены долгими тренировками с песком и камнем и по твердости не сильно им уступали.

Так что вскоре наша колона достигла середины пути между поместьем Бейфонг и домом семьи Гаян. Там нас уже ждали.

— Господин Бейфонг. — Церемониально поклонился перед нами высокий и мускулистый седоволосый мужчина в годах, одетый в традиционные для Царства Земли, зеленые одежды, правда выделяющиеся большим количеством изящных железных украшений на них — гордостью и символом семьи Гаян, клана потомственных кузнецов.

— Господин Гаян. — Аналогично поприветствовал его отец, совершив такой же поклон. Да, по богатству и влиянию наши семьи даже сравнивать нельзя, но официально мы все находились на одном ранге. Выше были только приближенные царей в Омашу и Ба Синг Се и сами правители двух оставшихся цитаделей нашего государства.

Вообще о рангах в Царстве Земли можно говорить долго и вдумчиво, ведь когда-то это была сложная и достаточно прогрессивная социальная система, позволявшая даже черноногому крестьянину, при должной удаче и старании, стать богатым чиновником в верхних эшелонах власти двести лет назад. Вот только военный поход Чина Завоевателя, ликвидация аватаром Киоши власти царя, создание Дай Ли и последующая через 80 лет война полностью ее разрушили. Так что за звания и титулы до сих пор цеплялись только старые аристократические семьи, для которых они были некой реликвией, возвышающей их над остальными обывателями.

Пока я витал в своих мыслях, главы семей обменялись приветственными дарами и отправились в стороны поместья Гаян. Семья невесты получила дорогие нефритовый бусы, а мы красивый и изящный меч, выкованный судя по цвету клинка и гарды из черной стали, местной вариации дамаска.

Прибыв к дому Поппи, бывшему по виду бедной копией нашего, в чем не было ничего удивительного ведь Бейфонги уже давно стали главными законодателями «мод» в Гаолинн, паланкин, как и сопровождавших его людей, пригласили в самый большой зал поместья.

— Друзья, празднуйте! Мой дом сегодня ваш дом! — Громко сказался глава Гаян, встав на возвышение и приветственно раскинув руки. — Ни в чем себе не отказывайте!

Начался традиционный китайский пир. По крайней мере именно таким я себе его представлял.

Многочисленная прислуга начала разносить еду по столам, красивые незамужние девушки разливать вино по пиалам, а в середине зала начали выступать танцовщицы с веерами и лентами, устраивая настоящее представление, с занимательным сюжетом. Хотя любой, кто в прошлой жизни не мог ходить на балет или оперу, не смог бы его понять.

Как говорится нужна культура и воспитание. Которое у меня было, но мне просто было лень тратить на это силы. Я больше уделял внимания кисло-сладкой свининке и свежим булочкам бао, которые в простые дни мне можно было есть только в определённых количествах.

Диета-с.

Отец и брат, тем временем, постоянно беседовали с главой Гаян, имени которого, я к своему стыду, не запомнил. Вроде бы его звали Гаян Фейшан. Так вот, их разговор состоял в основном из взаимных восхвалений друг друга и обмена подарками.

Вот только если с нашей стороны это были серьезные дары, такие как ящики полные золотых и серебряных монет, обрезы дорогого шелка, дорогие украшения и даже кусочек метеоритного железа, купленного отцом специально в дар семье Поппи, то со стороны Гаян Феяшана это были лишь небольшие подарки, по типу кинжалов, небольших драгоценных камней и украшений прибывшим с нами гостям.

Для кого-то это могло показаться дикостью и жадностью семьи невесты, но по факту сейчас происходил этакий выкуп невесты у родителей. Отдавая все эти дары отец и брат в лице семьи Бейфонг показывали как ценна для них девушка и что ничего плохого в новой семье с ней не произойдет.

Еще одна традиция, от числа которых у меня уже начинает болеть голова. Но такова жизнь — если хочешь получать от нее удовольствие будь любезен выучи устав того монастыря, в котором живешь.

Так что когда Поппи, одетую в прекрасное зеленое платье, со сложной многослойной прической из огромного количества шпилек и заколок и напудренную белилами до состояния «аватар Киоши румяной покажется», в назначенный час вынесли на стуле и усадили в паланкин, я ни капельки не удивился. Как и во всех культурах местные чтили чистоту невесты, не давая ей даже пальчиком коснутся земли, чтобы в ее новый дом с ней не попал сор и грязь.