И тут зазвонил телефон.

— Да? — я ответил.

— Это Иван. Ну что, ты в порядке? Пациента видел?

— Видел, — выдохнул я. — Состояние у него… скажем так, нестандартное.

— Отлично. За двадцать я получу четыре миллиона комиссионных.

— Ах, тебе только деньги важны? — Я закатил глаза. — Всё, между нами всё кончено, Иван!

Закончил разговор и положил трубку, вновь сфокусировался на пациенте.

— Черныш, дело серьёзное? — спросил я, когда он подошёл ко мне. Лицо у него было такое, будто он привидение увидел или хуже — свою бывшую.

— Серьёзнее некуда, — ответил он, понизив голос до шёпота, чтобы никто не подслушал. — Кто-то заморочился и применил «Проклятие родословных». Теперь три души его родственников торчат в его теле.

Я скривился, пытаясь переварить эту информацию.

— И их можно как-то вытащить?

— Можно, — он бросил взгляд на бедолагу Капчу, который сидел в углу, дрожа всем телом. — Но тогда они умрут окончательно. Ты уверен, что он этого хочет?

Капчу тут же вскинул голову, побелев ещё больше.

— Григорий, ты же поможешь? Найдёшь способ, да?

Я прищурился и повернулся к нему.

— Эти три лица, что у тебя вылезают, тебе знакомы?

— Лица? Какие ещё лица?

— Ты хоть раз их разглядывал?

— Да как я на них смотреть-то должен?! Они пугающие! И кричат, когда появляются!

— Подними рубашку, — велел я. — Медленно. Может, они сейчас спят.

Он, дрожа, как осиновый лист, послушно начал поднимать рубашку. Я приготовился к худшему, но всё равно вздрогнул, когда увидел их. Три отвратительные рожи, словно вырезанные из кошмаров, смотрели на меня.

Я дотронулся до одной из них, и в ту же секунду проявилось больше деталей. Женское лицо.

— Мама? — выдохнул Капчу. Его глаза стали больше, чем монеты.

— Это твоя мама? — переспросил я.

— Ну… может быть, — промямлил он.

— А это кто? — я указал на второе лицо.

— Отец.

— А третье?

— Бабушка… Она меня растила.

Я отстранился, не зная, смеяться или плакать.

— Ясно. Кто-то засунул их души в твоё тело. Вопрос: зачем?

— Я… я не знаю! — Капчу чуть ли не завыл.

— Слушай сюда, — я постарался говорить спокойнее. — Я могу их вытащить, но они исчезнут. Навсегда.

— Но они же уже мёртвые? — Капчу потерянно уставился на меня.

— Умрут ещё раз. Но это всё равно не бесплатно, — я ухмыльнулся.

— А по-другому никак? — его голос дрожал.

— Это тебе не книжки с магией, Капчу! Я первый раз с таким сталкиваюсь. Дай подумать, ладно?

Он молчал, но его глаза выдали, насколько он в отчаянии. А потом резко вытащил чековую книжку и выписал чек на двадцать миллионов.

— Возьми. Это задаток.

Я только усмехнулся и отодвинул его руку.

— Не возьму. Пока не решу проблему, денег не надо.

— Это всё, что у меня есть! — он чуть ли не плакал.

— Ты что, олигарх? — Я окинул взглядом его дом. Обычная развалюха.

— Это бабушкин дом! Я тут скрываюсь от слуг.

— Слушай, оставь деньги при себе, — отмахнулся я. — Лучше придумай, кто мог это сделать.

Капчу покраснел.

— Я не знаю!

Я глубоко вздохнул и продиктовал ему номер.

— Ладно, я пошёл. Если появится ещё какая-нибудь странность — сразу звони.

Когда вышел из дома, голова раскалывалась. Проклятие родословных? Да это даже для меня звучит, как что-то из дурного сна.

Затем отправился к Ивану. Он обещал бесплатный обед, а я голодал как студент перед сессией.

— Григорий, как жизнь? — встретил меня Иван с чашкой кофе в руках.

— Да как… У пациента тяжёлый случай, — вздохнул я. — Пока не могу вылечить.

Иван тоже вздохнул, как будто это его проблема.

— Но шанс есть. Он уже задатком двадцать миллионов предлагал.

Иван аж подпрыгнул.

— Двадцать?! Серьёзно? Это уже не шанс, а целый лотерейный билет!

— Ну, это если я его вылечу. В любом случае меньше не получится.

— Так чего ты сидишь? Думай быстрее!

— Сначала поесть бы. — Я осмотрел стол. — Чувак, где моя еда?

Иван что-то буркнул себе под нос, потом швырнул мне бутер.

— Ты сюда только жрать ходишь, да?

Я молча открыл банку колы. Всё по делу.