Оставив девушек осмысливать новые вводные, я перевёл взгляд на Кима, который к этому моменту зашёл в аудиторию, заметил нас заранее и постарался обойти по дуге.

— Паршивый из тебя ниндзя! — сказал я громко. — Иди сюда! А то сам подойду!

— Я тебе не посыльный, — огрызнулся парень.

— Он что, и Кима оприходовал? — спросил кто-то посторонний у меня за спиной.

Я резко обернулся и придавил рыжего парня взглядом.

— Ты что-то сказал?

— Я-я? — отшатнулся он. — Да нет, ничего такого.

— Уверен? Может, подумал что плохое?

— Точно нет. Святой ты человек, Эварницкий! Это все знают! — быстро закивал он.

— Ну так и отсядь куда подальше. А то и тебя оприходую.

— Исчезаю! — поспешил он свалить.

И свалил.

— Злой ты, — сказала мне Блохина.

Глянул на неё. Обиделась. Точно обиделась. Как бы не на то, что я Дауру чуть приобнял. А я поэтому и приобнял, чтобы репутацию жуткого бабника подкрепить. Чтобы лишнего не думали в мою сторону и подальше держались. Но разве кто поймёт правильно такой намёк? Уж точно не восемнадцатилетние девицы, которых я подарками осыпал.

Кстати, подарки. Снова нашёл взглядом Кима, который и не подумал подойти ко мне. Вытащил меч из кольца и метнул в него, без замаха.

— Совсем придурок? — крикнул он возмущённо, перехватив меч телекинезом.

— Этот не сломается, — ответил я, — Пока воля крепка, разрубит что угодно.

Забыл упомянуть, в чём особенность «Убийцы кузнецов». Само сырье — ничего такого. Но раз его обработаешь — получается слиток, с заурядными характеристиками. Ещё раз — характеристики вырастут процентов на двадцать. Дальше идёт сложная формула расчёта, что нужно делать и какую прибавку это даст. Максимум кузнец будет выжимать из этого сырья где-то с неделю. Так у меня и вышло. Зато потом… Теперь с этим сплавом разве что какой-нибудь закалённым адамантий посоперничает.

Иначе говоря, Ким держал в руках клинок, который реально был способен разрубить почти что угодно. И всё это «почти» относилось к великим битвам, богам и прочим сверхсущностям. Там меч смертному уже не поможет, поэтому можно смело утверждать — Ким теперь что угодно в своей жизни разрубит.

Раздав подарки, я отсел от всех подальше и приготовился слушать лекцию. Позже ещё один подарочек передам.

Когда Эварницкий отошёл достаточно далеко, чтобы не опасаться, что услышит, Елена, сидя рядом с подругой, тихо спросила:

— Это что вообще было?

— Ты о чём? — так же тихо спросила Даура.

— Подарки! Я реально его любовницей себя ощущаю.

— И как ощущения? — заинтересовалась лесная ведьма.

— Я не об этом! — прошипела Елена. — Но реально же! Мы будто в его гареме находимся! У тебя нет такого ощущения?

— Если бы в гареме, — мечтательно протянула Даура. — Такой мужчина…

— Кого я спрашиваю, — закатила глаза Блохина. — Ты и так ему готова отдаться здесь и сейчас.

— Ревнуешь, — утвердительно сказала Даура.

— Ничего я не ревную, — залилась краской девушка.

— Ревнуешь, ревнуешь. И ничего не понимаешь в мужчинах.

— Как будто ты понимаешь, — фыркнуло зло Елена.

— Уж поболее твоего! Пусть он и преподнёс тебе столь заурядный подарок…

— Заурядный?! — вскрикнула Блохина, чем привлекла ненужное внимание и куда тише продолжила: — Да ты знаешь, сколько стоит квартира рядом с институтом?!

— Мёртвый камень и столь же мёртвый бетон, — ответила презрительно Даура. — Ты смотри, что могут мои спицы… Они даже воздух плетут!

Елена присмотрелась, и её брови полезли наверх от вида того, как две спицы реально сплетали воздух между собой! Даура ловко подхватывала нити и сноровисто сплела браслетик, закольцевав его. Правда, тот тут же распался, обдав их ветерком, но лиха ли беда начало?

На фоне такого Елена поняла, почему квартира — подарок заурядный. Даже несмотря на то, что тем самым Давид сэкономил ей лет десять рабочих лет.

До начала пары оставалась ещё пара минут, уже и преподаватель пришёл, и девушке хотелось закончить разговор, но тут их отвлекли. Отодвинув стул, рядом нагло плюхнулась какая-то девица.

— Девчонки, а можно вопрос? — спросила она радостно, но во взгляде так и читался вызов со снисхождением.

— Считаю до трёх, — ответила Даура ледяным тоном. — Если не свалишь, я вобью эти спицы тебе в глаза и заставлю твой труп плясать до тех пор, пока не сгниёт мясо, а кости не сотрутся в пыль.

— Ты сумасшедшая, что ли? — опешила девушка.

— Она не шутит, — ледяным тоном добавила Блохина, — И я ей помогу.

— Раз, — холодно отчеканила Даура.

— Да вы больные! — глянула девушка на зашевелившиеся спицы и поспешила свалить.