Шрифт:
– Ты уже решила, какой рисунок выберешь?
– спросила тихо, и она вскинула внимательный взгляд. Госпадя, сейчас девчонка смотрела точь-в-точь как бигбосс. И откуда у нее эта рвущая душу пронзительность?
– Мне показалось, что это твоя любимая рубашка. Жаль расставаться с ней из-за какого-то пятна.
– И вы правда… ?
– Не нужно лишних слов. Завтра будем в центре, подберем к ней нитки, а сегодня найди подходящий… – Я не договорила, потому что Олеся повернула ко мне экран своего телефона со сложным геометрическим рисунком.
– Этот сможете?
Будет непросто, но я уверенно кивнула и отвела глаза, якобы возвращаясь к чтению книги. Олеся пошла на контакт. Я была уверена, что этот день больше ничего хорошего не принесет, но спустя десять минут девчонка, якобы между прочим, спросила, как поживают завсегдатаи сайта психподдержки.
– Они хоть что-то ответили?
– В общем, они написали одно и то же. Пора меняться и менять свою жизнь. И это отличный совет для них обоих.
– В общем? – хмыкнула Олеся, оценив мою сдержанность, и уточнила: - А в частности?
– Он написал, что нужно думать головой и прикрыть проходную лавочку. А она сказала, что ему пора отрастить себе яйца больше, чем у мамы.
Мы обменялись хитрыми взглядами, и тут вдруг раздалось полусонное от ребенка:
– Яйца. У. Мамы?
Разговоры пришлось срочно свернуть и отнести малышку в кровать, пока она окончательно не пустила корни на софе. Затем пришлось искать ее забытого в гостиной Улли. После этого я спустилась на первый этаж опять, но чтобы сделать себе вкусняшку.
– Будешь какао?
– спросила у Олеси, все ещё восседающей в кресле.
– Буду, – заявила она и вслед за мной прошла на кухню-столовую.
Вначале она наблюдала за моими действиями, сидя на стуле, затем взяла из зоны столовой две подушки и устроилась на барной стойке, как в прошлый далекий-далекий раз. Она рылась в мобильном, якобы занятая просмотром новостей в сети, но затем не сдержала любопытства:
– И что вы им ответите? Тем… с сайта?
Я улыбнулась ее вопросу, оглянулась через плечо.
– Скажу, что они молодцы.
– И все?
– Кажется, она немало удивилась.
– И буду ждать, когда они проявят любопытство. А они проявят, потому что всегда интересно узнать о результате своих советов. Все же человек вникал с ситуацию, думал, затем писал… В крайнем случае, я сама напомню, - ответила я на ее скептический взгляд и вернулась к разогреванию молока. – Если повезет, они захотят узнать ответ другой персоны. Я его пришлю, получу еще один совет по улучшению жизни…
– И произведете обмен письмами, - кивнула Олеся.
– Нет. Я поставлю их в позицию советника, которого не слышат. И возможно, когда-нибудь вскоре получится как в анекдоте, где учитель признается, что пока объяснял детям математику, сам стал ее понимать.
Она усмехнулась. Я смешок поддержала, а потом мы пили какао, сидя на стойке, глядя на свет вытяжки в абсолютной тишине.
10.
– Еще раз повторите, чего именно вы хотите.
Договариваться со Стасом было тяжелее, чем с Глебом и Тимуром вместе взятыми. То ли потому что я предупредила его о намечающейся поездке, то ли потому что прервала его работу на кухне гостевого домика, то ли потому что он сегодня не спал. Иначе не объяснить, отчего под глазами парня такие темные-темные круги.
– Хочу с визитом посетить одну из детских площадок в центре, затем кафе и небольшой магазин швейных принадлежностей. На обратном пути заскочим на мою квартиру.
– Зачем?
– Полью цветы, проверю почтовый, возьму свои принадлежности для вышивки.
– Зачем?
– Хочу перекрыть вышитым рисунком пятна на любимой Олесиной рубашке.
– Зачем?
– в очередной раз спросил он, словно его заело на этом вопросе.
– Для красоты, - терпеливо пояснила я.
Стас в замешательстве моргнул, затем резким движением растер лицо и вновь сосредоточил свои опухшие глазища на моей скромной персоне. Отложил отвертку, которой он пытался что-то в розетке для холодильника подкрутить, встал.
– Я в смысле… не проще ли рисунок напечатать.
– Проще, но тогда у нее не будет повода чаще спускаться в гостиную, а у меня не появится возможности навести мосты.
Его тяжелый взгляд, отчего глубокая зелень глаз стала почти черной, не предвещал ничего хорошего, поэтому я широко-широко улыбнулась и взмахнула пару раз ресницами.
– Конечно, это может не cработать.
– Вы уверены, что в ближайшее время хотите вылететь?
– Он потянулся к небольшому полотенцу, вытер руки.