Тот, пятилетней давности, когда мы встречали Новый год. И все новогодние каникулы не вылезали из постели…

Мне казалось, что тогда было самое невероятное, самое ослепительное время в моей жизни…

Время, за которым наступила длительная ночь.

Но то, что происходило сейчас… Это было вообще ни на что не похоже.

И ни с чем не сравнивалось. Не было у меня адекватных сравнений.

Да и не хотелось задумываться… Планов строить.

Потому что слишком хорошо помнилось, что в прошлый раз за этой ярчайшей вспышкой было затмение. Не хочу я больше такого!

Не вынесу!

Даже секундно задумавшись от такой вероятности, я начинала дрожать от накатывающего ужаса.

Мы жили в доме Лешки, оттуда уезжали каждое утро по своим делам, туда же возвращались.

Лешка, пользуясь тем, что Бешеный Лис пока еще был в городе, по полной использовал это, чтоб заполучить как можно больше возможностей для развития бизнеса. Отец Игната буквально на днях подписал с Лешкой договор о партнерстве, отдав ему большую часть своих предприятий в городе.

И мой Камешек, конечно же, не собирался ничего из предложенного упускать.

Я его понимала. И без того столько времени потерял.

Мой Лис занимался прямо противоположной деятельностью: увольнением из структуры, в которой работал.

И, одновременно, перенятием дел в тех компаниях, которые Бешеный Лис хотел оставить за собой.

Мои мужчины становились полноправными деловыми партнерами, и Бешеный Лис невесело шутил по этому поводу, что все капиталы так или иначе остаются в семье.

Он, похоже, окончательно смирился с нашей ситуацией, поняв, что переломить ее точно не сможет.

Большой же не смог меня переубедить и вытащить из лап моих любовников?

И никто не сможет.

Буду драться и царапаться.

Не отпущу и не отдам!

И никому никогда в жизни больше не поверю, если попытаются хоть что-то плохое про моих Лиса и Камешка сказать!

Я умею делать выводы и учиться на ошибках. Тем более, своих, хоть и говорят, что это обычно дураки делают.

Я была дурой.

Такой дурой пять лет назад!

Сейчас и вспомнить страшно, что я думала, о чем говорила…

А ведь достаточно было не то, что не поверить Тошке, а… Настоять! Просто настоять на возвращении!

И найти моих парней. И понять, что они меня не предавали.

Но Вася пятилетней давности, испуганная, очень сомневающаяся в себе, в чувствах тех шикарных парней, что неожиданно появились в ее жизни… Растерянная, подавленная предательством мамы и папы… Она не могла адекватно воспринимать реальность. Не могла критически мыслить.

Ее вырвали из сладкой эйфории, влюбленного безумия, и окунули в жестокую реальность.

Контраст был слишком болезненным.

Больше я так не хочу!

Днем, пока Лис и Лешка работали, я занималась своими делами, которых накопилось вагонище.

Ирка потеряла меня, била тревогу и возмущалась в миллионах голосовых, рассказывая, что без меня у нее рейты не те, и лайков мало, и вообще… И Пашик сделал офигенную аранжировку к одной из моих последних песен, но петь ее должна только я.

А еще Ирка о чем-то умалчивала. И на видосике выглядела бледной и осунувшейся.

Я пыталась выяснить, что там у нее не так, но разве с наскоку поймешь? Надо было ехать в Москву, надо было с ней встречаться.

А я не могла.

Да и не хотела никуда уезжать, если честно.

В мой город пришла жара, и я с наслаждением гуляла по залитым солнцем улицам, заново открывая для себя их. И влюбляясь в мою малую родину.

Практически каждый день ко мне присоединялась Маринка и ее невероятный сладкий колобочек Михо.

Мы бродили по длиннющей набережной, сидели в кафешке с видом на серебрящуюся излучину, болтали, болтали, болтали…

И я словно апгрейд проходила, возвращалась к той самой, пятилетней давности, версии себя. Чувствовала, как тяжесть этих пяти лет испаряется с моих плеч.

В конце концов, мне всего двадцать три года, все впереди!

Боже, да у меня даже волосы стали быстрее расти! И уже практически достигали лопаток!

Маринка смеялась, что еще немного: и вернется прежняя Вася.

А я хотела вернуться.

Очень-очень!

Стать прежней, но улучшенной версией себя.

И, похоже, у меня получалось!

Мир, определенно, поворачивался ко мне лицом.

У меня были двое невероятно шикарных мужчин, самых красивых, самых любимых, самых-самых-самых!