Забегая вперед, скажу, что после соединения партизан, с Красной Армией Горак продолжал борьбу с гитлеровцами в армии генерала Людвика Свободы. В боях на территории Чехословакии Горак был тяжело ранен.

Пролетарский интернационализм — великое чувство. Оно привело в наши ряды и группу польских товарищей, насильно мобилизованных в фашистскую армию, но не пожелавших бороться против братского советского народа.

…Это было зимой 1942/43 года. Разведка отряда «За Родину», где командиром был Федор Семенович Харланов, а комиссаром Иван Артемьевич Бессмертный, установила, что в крупский гарнизон на охрану железной дороги прибыла польская рота. Командование отряда сразу же стало искать способы установления связи с поляками.

Помог случай. В канун нового, 1943 года партизанский пост, стоявший на окраине деревни Робск, задержал женщину.

— Куда идешь? — спросили ее партизаны.

— Я полька. Приехала из Вильнюса. Иду в деревню Сивый Камень. Хозяева послали, дочь их надо привезти, — ответила незнакомка.

Объяснения женщины показались бойцам подозрительными, и они отправили ее в штаб отряда. Там с ней повели разговор Харланов и Бессмертный.

— Зовут меня Анеля, — представилась женщина. — Вы спрашиваете, как я сюда попала? Сейчас объясню все по порядку. Мои хозяева, у которых я работаю, до революции жили под Холопеничами в деревне Сивый Камень, а потом уехали в Вильнюс. Дочку же свою маленькую оставили в деревне у родных. И теперь вот вспомнили о ней. Меня послали. Помоги, говорят, ей до нас добраться. — Полька показала пропуск, выданный крупским комендантом.

— Мы вам разрешим побывать в Сивом Камне, — сказал Ф. С. Харланов. — Но сначала хотелось бы, чтобы вы выполнили одну нашу просьбу.

— Какую же? — полюбопытствовала она.

— Видите ли, — не совсем уверенно начал командир отряда, внимательно присматриваясь к женщине и решая, выполнит она поручение или нет. — В Крупках, у гитлеровцев, служат ваши соотечественники. Там целая рота, командует ею Кароль Лесек. Вот ему мы и хотели бы передать через вас наше письмо…

— Вы говорите — поляки служат у гитлеровцев? — переспросила она и вспыхнула от стыда. — Я таких соотечественников не признаю. Настоящий польский патриот помогать врагу славянских народов не будет.

— Но пока мы не знаем, как поляки оказались в Крупках, — пояснил Бессмертный. — Может быть, их фашисты принудили к этому под угрозой оружия?

— Тогда другое дело. Я передам ваше письмо, — согласилась Анеля.

— Но должны вас предупредить, — сказал Харланов, вручая ей письмо. — Задание очень опасное. Если письмо попадет к гитлеровцам, вам несдобровать.

— Не беспокойтесь. Я всегда рада помочь русским, — сказала Анеля.

В партизанском письме говорилось, что русские и поляки — братья-славяне, что в борьбе против общего врага — германского фашизма — им нужно стоять вместе, плечом к плечу. Письмо заканчивалось призывом к полякам переходить на сторону партизан и указывалось, как это можно сделать.

Через четыре дня Анеля вернулась в отряд, радостная и возбужденная.

— Кароль Лесек сначала напугал меня, — рассказывала она. — Он прочитал письмо и сказал, что за такое дело положена смертная казнь. Но я ему ответила, что передо мной сидит не фашист, а поляк. Тогда он улыбнулся, и я сразу поняла, что Кароль — хороший человек.

— Что нам написал в ответ Кароль Лесек? — спросил Харланов.

— Ответ он передаст позже. А пока велел сказать, что его рота воевать с партизанами не будет. Если и придется с вами встретиться, то поляки будут стрелять для вида, вверх.

Командование отряда поблагодарило польскую патриотку и помогло ей добраться до деревни Сивый Камень. Там Анеля встретилась с нужной женщиной, но та наотрез отказалась ехать в Вильнюс, к своим родителям. Русская женщина сказала Анеле: «Передайте им: к старому мне возврата нет!»

Ответ командира польской роты принес солдат Роман Петрушко. Лесек сообщал, что в одну из ближайших ночей рота будет поднята по тревоге и при полном вооружении выведена из гарнизона в партизанскую зону.

К сожалению, Лесеку не удалось полностью осуществить свой замысел. После исчезновения польского солдата Романа Петрушко гитлеровцы заподозрили неладное и расформировали роту. Кароль Лесек сумел собрать лишь десять человек и с ними перешел к партизанам. В отряде под его командованием было создано польское боевое отделение.

Польские партизаны вместе с русскими, белорусскими и украинскими товарищами ходили в разведку, устраивали засады, участвовали в «рельсовой войне», подрывали вражеские железнодорожные эшелоны, смело отбивали атаки противника, пытавшегося прорваться в партизанскую зону. 19 июня 1943 года во время прорыва вражеской блокады смертью храбрых погиб Кароль Лесек. Он похоронен в братской могиле у деревни Пострежье.

Польские товарищи проявляли в боях выдержку и инициативу. В сентябре 1943 года Антон Высоцкий ушел в разведку в гарнизон противника, расположенный в деревне Блонь Борисовского района. Он тщательно разведал вражеские укрепления, установил численность гарнизона, вооружение, местонахождение постов. Высоцкий вернулся в отряд и доложил собранные данные командованию.

На следующий же день отряд «За Родину» нанес неожиданный удар по гарнизону и разгромил его. В бою отличились польские товарищи Роман Петрушко, Генрих Габрич, Владислав Петровский и другие.

…Мне приятно было думать о боевых друзьях — в думах не замечалось долгого пути. Мы благополучно обогнули Минск, пересекли железные дороги, побывали в бригадах имени Рокоссовского и «Буревестник», оставили позади Варшавское шоссе и направились на Старобинщину.

Через сутки я встретился с Василием Ивановичем Козловым и с другими членами обкома партии. Доложил об обстановке в Борисовско-Бегомльской зоне, о составе и расположении бригад и отрядов, настроении личного состава, боевых операциях, о работе райкомов партии и партийных организаций. Товарищи в свою очередь сообщили мне, что вся Минская область включена гитлеровским командованием в прифронтовую зону, а это вносило существенные изменения в формы руководства партизанским движением со стороны обкома партии.