Приняв душ (уже черт знает какой по счету за сегодня), я вышла на кухню, почуяв вкусный аромат. Хозяин дома заказал пиццу, и теперь сидел расслабленно за столом, методично жуя. Напротив него стояла еще одна пустая тарелка, судя по всему, для меня, поэтому я присела, нервничая под его пристальным взглядом.

Ну что он все время так смотрит? Как будто в душе ковыряется?

Так мы ужинали, загадочно переглядываясь, но не говоря ни слова. Я заметила, что этот человек вообще использовал речь по настроению. А мне и так было комфортно, редко с кем бывает здорово помолчать.

— Пойду отдыхать, хотела еще поковыряться перед сном в информации, что Эмилия дала. — Доев, я поднялась со стула.

Мне показалось что Кирилл что-то хотел сказать мне, но, словно опомнившись, он, конечно же, промолчал. Точнее, сказал совсем другое.

— Спокойной ночи, Огонек.

На следующий день мы снова поехали на трек вместе. Оставив меня на попечение Эмилии, он ушел по своим делам. Девушка улыбалась, расспрашивала меня об отношениях с Кириллом, но я отвечала скупо, чувствуя, что улыбка ее вот-вот готова превратиться в оскал.

— Он просто помогает, — как заведенная повторяла я.

Я ведь и сама толком не понимала, что между нами происходит. Выглядит все так, что просто секс. Но говорить ей такие подробности, естественно, не собиралась.

— Ну-ну, — хмыкнула она, кое-как отцепившись от щекотливой темы и перейдя на рабочие моменты.

А чуть позже, когда наступил обед, и Эмилия отпустила меня перекусить во внутреннем кафе, я стала невольной свидетельницей чужого разговора.

Моя напарница и еще одна девушка со стильной яркой стрижкой курили за углом здания, неподалеку от входа на трек, куда меня понесли ноги посмотреть. Я хотела взглянуть одним глазком, как катаются ребята, но на моем пути стояли девушки. За колонной меня не было видно, поэтому я хотела было развернуться, запоздало подумав, а вдруг мне туда нельзя?

Но услышав неожиданно свое имя, я удивленно замерла у металлической колонны.

— Да я как дура бегала по магазинам, выбирала все самое лучшее. Так обрадовалась, что он положился на меня в этом вопросе, и мы станем ближе. Если бы я знала, да не шевельнулась бы ни за что! Унижение какое! Я ей кеды дольче габбана купила! — Эмилия была в бешенстве. — Честное слово, подумала, что там бедная родственница…

— Он говорил, что родственница? — Ее собеседница сделала долгую затяжку и теперь выпускала колечки, отстраненно слушая разъяренную девицу и разглядывая узоры из дыма.

— Да нет… В общем-то не говорил… Но я так подумала, что там затрапезная девочка. Господи, она из тайги. Он ясно дал понять, что она вообще не сечет ни в тряпках, ни в женских примамбасах. Да она у меня чувство жалости вызывала!

— Пока ты ее не увидела, — насмешливо произнесла короткостриженая.

От слов напарницы у меня неприятно заныло в груди. Что конкретно сказал ей про меня Кирилл, что она подумала обо мне совсем плохо?

А потом горько усмехнулась. Правду, наверное. Босая дикарка из леса.

Слушать было неприятно, но ноги словно приросли к асфальту. Я не могла сделать и шага.

Эмилия обиженно надула губы.

— Смейся. Но я как увидела, чуть не упала. Там бедной сироткой и не пахнет. Как с журнала, огненные волосы, глаза, губы. Мечта Голливуда прям. Тьфу ты! Приходи да посмотри. Всех тут переполошила, сбежались на свежее мясо. Но пока что я не пойму кое-что. То ли она усиленно играет роль невинной и блаженной овечки, то ли я что-то уже не понимаю в этой жизни. Из нее клещами ничего не вытащишь. Мутная лиса. Может, так Кирилла и охомутала? Типа вся такая слабая наивность, которую хочется защищать.

— Эми, тебе давно пора забить на Кирилла. По-моему, тебе там ничего не светит. Ну сколько можно уже планы-то строить?

— Я к нему три года подбиралась! Как все эти овцы глупые, с надеждой ему отсасывающие после гонок, себя не вела! Дистанцию держала, наоборот. Мол, такая я вся недоступная. Кто же знал… У него ведь девушки постоянной сроду не было!

Яростно затушив окурок ногой, она достала еще одну тонкую сигарету. Ее руки дрожали, пока она пыталась чиркать зажигалкой.

— Ничего себе тебя повело. Успокойся, подруга. Может, между ними ничего нет? Ну просто помогает…

— Ага, Санта-Клаус блин. Да у нее щеки как свекла, едва я про него спрашиваю. К гадалке не ходи. И он как заколдованный на нее пялится. Уверена, трахает ее по нескольку раз на дню.

Короткостриженая вздохнула.

— Тогда это тот самый сигнал, что пора оставить все как есть. Совет да любовь, как говорится.

— Кир, охренеть от тебя просто масса поддержки!

— Ну, а что? Хочешь дальше унижаться и стелиться перед ним? С ним не прокатит, сама знаешь. Прости, но лакомый кусочек в виде этого парня, кажется, отвалился. Вон на Макса глянь, он вроде не такой недосягаемый, как Кирилл.