— Не знаю, на что вы надеетесь, уважаемый, — пожал плечами Никита. — Пятнадцать миллионов — это моё последнее предложение.

— Нет, — коротко ответил Карам и выбросил левую руку вперёд раскрытой ладонью, будто кидал хорошо спрятанный в рукаве нож. Но вместо этого с пальцев слетело правильной формы «яблоко», раскрывшееся в полёте плотной сетью из мелких ячеек. Они сработали подобно непроницаемому экрану, закрывшему обзор молодому магу. Сам же старик с удивительным проворством соскочил с кресла, пока перед ним колыхались серебристые волны сгустившегося воздуха, и метнулся к маленькой, почти незаметной глазу дверце, расположенной между двумя шкафами. Но прежде, чем исчезнуть, дважды нажал на курок, целясь в Слона.

Банг! Банг!

Выплюнутые «Береттой» остроконечные смертоносные пули в оболочке из малоуглеродистой стали, покрытой томпаком, влетели точно в широкую грудь русского бойца, но как-то вяло шлёпнулись на ковёр. Хозяин дома понимал, что против сильного мага огнестрел — обычная игрушка, поэтому выбрал своей целью светлолицего великана, у которого амулетная защита (а таковая у него обязательно должна быть) не выдержит убойной силы маленького снаряда. Тем не менее, этого не случилось — невредимый русский осклабился, довольный произведённым эффектом. Карам сильно озадачился. Оставалось только скрежетнуть зубами и толкнуть от себя дверцу. Ещё один шаг — и он в безопасности.

Сильная рука схватила его за ворот халата и бесцеремонно отбросила назад. Будь Карам помоложе, он бы смог выстоять против мага его уровня, но то, что предстало перед его взором, ошеломило. Высокорослая фигура, чем-то похожая на водного марида, колыхалась посреди комнаты, постепенно приобретая черты обычного человека, облачённого в дорогой и элегантный белый костюм. Разве что лицо грубоватое, с квадратными скулами и широким носом. Глаза полыхают багровыми угольками, а вокруг него растекается невероятный холод. Да такой, что замораживает кости.

— Можешь найти медальон? — спросил у него русский маг.

— Сейчас попробую, — прогудел марид и подошёл вплотную к ворочающемуся на полу Караму, впервые попавшему в такую ситуацию, столь унизительную для его статуса. Пусть он и был обычным лавочником, но никто и никогда не позволял себе подобной дерзости.

Ульмах раздул ноздри, как будто принюхиваясь к замершему Караму, чтобы вцепиться в него подобно сторожевому псу, потом поднял голову и негромко пророкотал:

— Той вещи здесь нет. Этот недостойный прячет её в другом месте.

— Господин Карам, ну вы же не маленький мальчик, чтобы играть со мной в подобные игры, — укоризненно проговорил Никита. — Я вам предлагал хорошие деньги. А в вашей дыре — просто огромные. И заметьте, это было бы гораздо безопаснее для вас самого и многочисленной семьи.

— Залог безопасности для моей семьи — огненный джинн, — лавочник привстал на колени, поняв, что его никто не будет пинать или причинять боль. — Мне нельзя его отдавать.

— А что вы будете с ним делать? — Никита дал знак Слону, и тот ловко подхватил старика, вздёрнул его на ноги, точно нашкодившего мальчишку. — Я хоть и не подданный Халифата, и то знаю, что любая несанкционированная инициация грозит вам огромными проблемами, — он кивнул личнику. — Тащи его во двор. Скажи Нагайцу, чтобы нашёл какую-нибудь машину. Если господин лавочник по-хорошему не хочет отдать находку, заберём её, как трофей.

— Проклятье, вы не сможете найти артефакт! — воскликнул Карам. Он почти бежал по сонным анфиладам комнат, семеня ногами, и не по свой воле, а влекомый грубой силой русского великана. — Вы только взбудоражите общину, вас будут гонять, как бешеных собак по всем мухафазам[1], пока не забьют камнями! Мои люди уже едут сюда!

Никита с телохранителями и хозяином выскочили на обширный двор, о котором Борис Волынский не упоминал. Он был аккуратно замощён тёмно-коричневым кирпичом, вдоль стен тянулись хозяйственные постройки, стояли два крытых брезентовым тентом внедорожника песочно-зелёного цвета. Обе машины походили на британские «Лендроверы», извлечённые из старых арсеналов британских колониальных войск. Их ещё называли «Розовая Пантера». Нагаец подбежал к одному из внедорожников, распахнул дверцу водителя с правой стороны, нырнул в салон, и через пару минут рычащая машина подкатила ко входу в дом.

— Карета подана, — пошутил Нагаец, что для него было нехарактерно. Неужели волновался?

— Ульмах, ты снял аурную метку лавочника? — спросил волхв маячившего позади него демона.

— Да, Хозяин. Я чувствую сильную энергию его ауры на других вещах, — ответил Ульмах. — Я готов найти это место.

— Действуй, — приказа Никита, пока Слон бесцеремонно заталкивал стонущего старика на заднее сиденье внедорожника.

Сам он сел рядом с Нагайцем, приглядывая за Карамом, а Слон побежал открывать ворота. Выезжающая со двора машина не привлекла внимания соседей. Они знали, кому принадлежит «Лендровер», поэтому равнодушными взглядами провожали его до самого конца улицы.