Шрифт:
Мобильник звонил не в первый раз. Уоллес установил разные сигналы для разных людей. До сих пор слышалось только стандартное электронное чириканье, которое он просто отключал, но сейчас выла сирена авианосца. Уоллес мгновенно подхватил телефон и сказал:
— Алло.
Не «алло?» с вопросительной интонацией, которая означала бы «кто это?», а «алло» с точкой, то есть «ну наконец-то».
От громкого звука Питер проснулся, сел и с ужасом понял, что прошлая ночь ему не пригрезилась.
Зула встала и поспешила в туалет, думая, стоит ли смотреться в зеркало, услышала, как Питер выругался, и решила, что не хочет на себя глядеть, — все равно косметика в рюкзаке.
Вернувшись, она увидела, что Уоллес — бледный, окаменевший — сидит в кресле и по большей части слушает с таким видом, будто телефон ему запихнули в задницу, Питер лихорадочно стучит по клавиатуре, а вместо Т’Эрры на обоих мониторах висит сообщение «Интернет-соединение прервано».
В воздухе пахло сигаретным дымом.
Никто не курил.
— У сварщика тоже глухо, — сообщил Питер. — Остальные точки Wi-Fi запаролены.
— Кто курит? — спросила Зула.
— Да, сэр, — наконец произнес Уоллес. — Я как раз этим занимаюсь. Как раз занимаюсь. Нет. Нет, сэр. Нас только трое. — Он встал, побрел в сторону Питера и Зулы, едва не наткнулся на них, неловко замер, отнял от уха телефон, чтобы они услышали вопли, потом торопливо сказал: — Да-да, сэр. Как раз переключаю на спикерфон.
— Доброе утро! — раздался голос. — Это Иванов.
Протяжный шум в трубке вдруг сменил высоту. Говоривший звонил из реактивного самолета.
— О! Я вас вижу!
— Вы… видите, сэр? — переспросил Уоллес.
— Ваше зданье. Вижу зданье Питера из окна. Прямо как на карте Гугл.
Молчание.
— Да я в самольёте, — прокричал Иванов, скорее удивленный, чем раздосадованный их несообразительностью.
Низко над зданием пролетел самолет. Они тут часто летали — заходили на посадку на Боинг-Филд.
— Скоро буду у вас, и мы обсудим проблему, — добавил Иванов. — А до тех пор оставайтесь на связи. Мои помощники уже снаружи. — Он сказал это так, будто сделал одолжение, предоставив услуги своих людей. Питер подкрался к окну, выглянул и остолбенел.
Тем временем в трубке раздался второй голос. Этот говорил по-русски.
— Черт! — ругнулся Уоллес и отпрянул, словно его ударило током.
— Что такое? — спросила Зула.
— Поправка, — объявил Иванов. — Мои помощники внутри зданья, не только снаружи. Инициативные ребята. Wi-Fi отрублен, телефон тоже. Спокойствие. Мы идем на приземленье. Буду у вас через пару минут.
— Да кто это вообще такой?! — не выдержал Питер.
— Мистер Иванов и, если не ошибаюсь, мистер Соколов, — ответил Уоллес.
— Да, Соколов тоже тут! — сообщил Иванов. — У вас отличный слух.
— Летят они… Откуда летят-то? — не отступал Питер.
— Из Торонто, — объяснил Уоллес.
— Как?!. Что?!.
— Насколько я понимаю, пока мы тут играли в «Т’Эрру», мистер Иванов заказал рейс прямиком до Боинг-Филда.
Питер смотрел в окно на приземлявшийся борт — возможно, тот самый.
— Гуглокарты?.. Он знает мое имя?
— Да, Питер! — ответил Иванов по спикерфону.
— Если помните, прошлой ночью я первым делом отправил письмо через Wi-Fi вашего сварщика.
— И ты мне соврал! — подчеркнул Иванов.
— Да, я соврал мистеру Иванову, — согласился Уоллес. — Сказал, что моя машина сломалась посреди Британской Колумбии и что вышлю номера карт через пару часов.
— Чонгора не проведешь! — заметил Иванов.
— Шонгор? Это еще что за фигня? — спросил Питер.
— Кто, а не что. Наш хакер. Мое письмо мистеру Иванову прошло через его сервер, и он заметил, что ай-пи не канадский.
— Чонгор вычислил мой дом по IP-адресу, — промямлил Питер.
В трубке что-то хлопнуло.
— Мы в машине, — сообщил Иванов, словно хотел успокоить этим собеседников.
— Как он может быть уже в своей драной машине?! — возмутился Питер.
— А вот так, если у тебя частный самолет.
— Разве не надо проходить таможню?
— Мог пройти еще в Торонто.
Питер задумался, затем подошел к противоположной стене, откинул кусок драпировки, за которой оказался оружейный сейф, и начал набирать код.
— Ё-мое… — охнула Зула.
Уоллес отключил микрофон и спросил: