«Глянь, пожалуйста, на пистолет, который мистер Джонс приставил к моей шее», — сказала Зула Чонгору тогда на пирсе.

— Насколько нам известно, — продолжил Чонгор, — в Интернете есть его фотографии, и если я узнаю его имя, можно обратиться к властям и сказать: такой-то две недели назад был на Сямыне, а теперь у него заложница.

— К властям какой страны? — спросил Марлон.

— Без понятия.

— Тогда — любой заинтересованной, — подсказал Марлон.

Тут все трое почти в буквальном смысле ушли с головой в еду и на некоторое время замолчали. Это было лучшее угощение в жизни Чонгора, и он клял себя, что не взял в десять раз больше.

— А ты, Юйся, хочешь связаться со своей семьей? — спросил он, когда к нему вернулась способность говорить.

На ее лице в ответ отразилась такая боль, что Чонгор и Марлон слегка опешили.

— Только об этом и думаю, — наконец сказала Юйся. — Но лучше подожду, пока мы не окажемся в более безопасном месте.

Чонгор отправился в ванную. Там кругом висела мокрая одежда Марлона и Юйси. Две недели все ходили в одном и том же, иногда окуная вещи в морскую воду. Он включил душ, встал под него не раздеваясь, несколько раз намылился, снял одежду, кинул под ноги и мял ее, пока мылся сам, затем прополоскал чистой водой, выключил душ и стал вытираться. Чонгор был волосат: просто ходячая реклама средств для эпиляции. Его шерсть могла удержать, наверное, литр воды. Затем он изо всех сил отжал одежду, развесил везде, где нашлось свободное место, и с унынием констатировал, что тут ей не высохнуть. Однако под раковиной на неприметной полочке обнаружился фен. Первым делом Чонгор просушил трусы, затем штаны, которые уже давно укоротил до шорт, и рубашку.

Вслед за ним процедуру по очереди повторили Юйся и Марлон, потом все отправились в «НеткСАЙТмент!», где некоторое время оценивали обстановку. К местным порядкам Марлону даже пришлось привыкать: очень уж сильно они отличались от китайских. Документов тут не спрашивали, обовцы над душой не стояли. Зал по меркам захолустья был большим, хотя по сравнению с ванбами — крохотным: двадцать машин плюс еще столько же мест для тех, кто решил бы прийти со своим ноутбуком. И сидели здесь не толпы китайских подростков за играми, а несколько пожилых белых мужчин, которые смотрели специфические фотографии.

Преодолев культурное потрясение, Марлон занял самый быстрый и самый дорогой компьютер, поскольку под «Т’Эрру» нужен мощный процессор и много оперативки, а Чонгор сел за обычную машину рядом.

Еще больший культурный шок Марлон испытал, обнаружив, что «Т’Эрра» здесь не установлена и ее надо скачать, а на это кое-где уходят часы. Однако тут потребовалось всего двадцать минут: по какой-то причине Интернет в «НеткСАЙТмент!» летал.

Чонгор между тем раздумывал над словами Юйси.

— По-моему, я знаю, как послать твоим весточку и не выдать наше местоположение.

Машина Чонгора была настолько заражена шпионскими программами, троянами и вирусами, что едва работала. Тогда он решил восстановить компьютер с нуля: разбил жесткий диск на два раздела, на большой перенес местную пиратскую копию «Виндоуз» со всем пиратским софтом, вирусами и прочим, а на маленький начал ставить «Линукс». Пока происходили бесконечные перезагрузки, Чонгор объяснял Юйсе суть дела.

— Мы запустим Тор, и он анонимизирует весь трафик. При правильном браузере, конечно… То есть по ай-пи нас никто не вычислит, если только сама не скажешь своим, где мы находимся.

Юйсю очень взволновало известие о том, что она вот-вот свяжется с семьей. А Чонгор тем временем увлеченно объяснял, почему система ставится так долго, зачем надо постоянно перезагружать компьютер, открывать кучу мелких окошек с загадочными юниксоидными словечками и слегка их править, как правильно конфигурить и инсталлить Тор. Когда наконец машина заработала под совершенно безопасной, анонимной в Сети и защищенной файрволлом системой — за такую работу Чонгор взял бы с клиента круглую сумму, — он уступил место Юйсе, а сам подошел к Марлону, который как раз подключался к «Т’Эрре».

— И какой план? Твой персонаж сначала должен прийти в…

— Он там с самого начала, — поправил Марлон. — Ждет в ДЗ, когда я залогинюсь.

— Ясно. А вассалы у него есть?

— Где-то тысяча.

— Ого.

— «Живых» игроков — человек двадцать — тридцать, все — «Голда шу», но у каждого по нескольку твинков…

— Твинков?

— Дополнительных персонажей. У тех свои, примитивные твинки — фактически боты на побегушках. Ну, не важно. А я — их властелин. Мне видно все золото, которое они спрятали. Я могу его собрать. Оно — мое.

— То есть твой твинк идет в эти, как их…

— Торгаи.

— Да. Туда, где живешь ты. И где живет Тролль.

— Не надо ему никуда идти. Он уже там. Его ДЗ — это пещера посреди Торгаев.

— Ясно. Выходит, ему-то всех дел — выскочить из пещеры, поискать вокруг золото, которое никто, кроме него, не видит, и сложить себе в мешок.

— Возможно. Если, конечно, ему удастся выскочить.

Марлон открыл браузер и стал просматривать какой-то китайский форум. Чонгор не знал иероглифов, однако, судя по оформлению, здесь тусовались игроки в «Т’Эрру»: непонятные тексты пестрели универсальными «LOL», «FFS» и тому подобными выражениями.