Чонгор счел, что в этой ситуации самое правильное с его стороны — хранить уважительное молчание. Однако оно выглядело нелепым, пронафталиненным пережитком европейского этикета — очень уж ловко Марлон справлялся сразу с несколькими задачами.

— Связываешься с «Голда шу»? — спросил Чонгор.

— Да.

— Они в порядке?

— По крайней мере некоторые. — Марлон напечатал несколько слов. — Они ждали.

— Тебя?

— Возможности вывести деньги.

— И как это получится? — Чонгор уже знал, что аккаунты у всех «Голда шу» — самоокупаемые, то есть не привязанные к банковской карте; они очень удобны для китайских подростков, но выводить с них прибыль в реальный мир непросто.

— Для перевода денег есть посредники. Обычно мы работаем с китайскими, но в других странах они тоже водятся. Деньги пришлют через «Вестерн юнион». — Марлон оторвался от монитора впервые с тех пор, как вошел в «Т’Эрру». — Когда мы ехали в автобусе, я видел вывеску. До офиса «Вестерн юнион» тут метров пятьсот.

— То есть утром офис откроется и нас будут ждать деньги?

— Деньги будут ждать меня, — поправил его Марлон, — а я с радостью поделюсь ими с тобой и Юйсей.

Чонгор слегка покраснел, смутился, но продолжил:

— Каков порядок действий?

— Сначала дождаться в онлайне еще нескольких «Голда шу». Один станет искать агента по переводу денег, с другими сколотим отряд и пойдем собирать золото.

— Ты раньше имел дело с не-китайскими агентами?

— С чего бы? — удивился Марлон.

— Тогда давай поищу я, — предложил Чонгор, глядя на соседний компьютер: Юйся уже закончила письмо, и теперь просто бродила по Интернету. — Думаю, я найду такого в Венгрии. Если нет, то в Австрии.

— А это рядом с… не знаю, как называется — «си-эйч»?

Чуть помешкав, Чонгор сообразил, что Марлон говорит о доменной зоне «.ch».

— Швейцария, — сказал он. — Confoederatio Helvetica.

— Это там, где банки.

— Да, Швейцария рядом с Австрией и Венгрией.

— Попробуй поискать в Швейцарии, — мягко попросил Марлон и вернулся к игре: в этот самый момент иконки еще двух персонажей стали из серых цветными. Чонгор представил, как по всему югу Китая подростки — перепуганные беглецы, которые две последних недели едва уносили ноги от полиции, прятались по ночлежкам или напрашивались в деревню к дальним родственникам, — получают эсэмэски, мчат в ближайшую ванбу, запрыгивают в кресла, с хрустом разминают пальцы и берутся за дело.

Чонгор подошел к Юйсе и взглянул ей через плечо. Она читала Википедию. Статью «Абдулла Джонс». С фотографией человека, которого Чонгор хотел пристрелить на пирсе в Сямыне.

— Вот он, скотина! — воскликнул Чонгор.

Юйся медленно обернулась.

— Судьба подкинула нам фантастического врага.

— Значит, и сделать с ним мы должны тоже что-то фантастическое. В смысле фантастически плохое.

— Это непросто, пока мы сидим в мировой столице извращенцев.

Последние слова она произнесла громко. Из-за мониторов по всему кафе повысовывались физиономии, но Юйся не обратила на них внимания. Она читала о деяниях и жертвах Джонса и беспрестанно качала головой.

— Серьезный дядя, — пробормотала Юйся.

— Как будто ты не поняла этого раньше.

— Поняла.

Ричард гнал через Элфинстон, плюя на другие машины; впрочем, тайный грешок канадцев заключается в том, что они водят как маньяки, и потому скоростная езда Ричарда, да еще на красный, не так дико выбивалась из местных норм, как выбивалась бы из американских. Направление, в котором рос городок, в последние годы определяла дорога, тянущаяся через равнину к шлоссу. Теперь она обросла магазинами и заведениями, изгнанными за свой профиль из центра города изумительно строгой местной фетвой за сохранение исторического облика. Однако небольшому Элфинстону не требовалось так уж много автосалонов и закусочных, и потому ближе к заброшенной лесопилке все постройки сходили на нет. Дорога сужалась до двух полос, шла в гору, а еще через пару миль начинала извиваться как змея и скакать под колесами как мустанг.

Разумеется, едва кончилась широкая дорога и объезд стал в принципе невозможен, Ричард сел на хвост огромному жилому автофургону. Размерами тот совсем немного не дотягивал до фуры. Номер, выданный в Юте. Слои грязи. На бампере — стандартные наклейки с фразами вроде «Эх, прогуляем внучкино наследство!». А еще он едва плелся. Ричард резко затормозил, включил фары — пускай видят — и уселся так, чтобы зеркала заднего вида постоянно были в поле зрения. Потом стал клясть Интернет. Раньше такие туристы сюда не ездили, поскольку дорога никуда особенно не вела: за шлоссом она делалась гравийной и, покружив еще пару миль, кончалась у заброшенной штольни, где водители поворачивали обратно. Однако теперь одни игроки-геокешеры старательно рассовывали под камни и в дупла возле устья штольни забитые барахлом пластиковые контейнеры и коробки из-под патронов, а искать их приезжали другие игроки, которые потом оставляли в Интернете восторженные отзывы о том, какие тут виды, как мало людей и как много черники. В это время года у Ричарда и прочих завсегдатаев шлосса случался по меньшей мере месяц, когда на дороге им никто не мешал. Но геокешерам в автофургоне, похоже, не терпелось открыть сезон первыми.

Ричард выдержал приличную паузу — секунд тридцать, — затем стал сигналить, не снимая палец с кнопки. К его приятному удивлению, не прошло и минуты, как фургон сбросил скорость и заехал правыми колесами на узенькую обочину, оставив «лендкрузеру» место, которого едва хватило бы для немного рискованного обгона. Встречных машин тут не бывало, но Ричард по старой айовской привычке считал: не видишь дорогу до самого горизонта — не спеши. Выждав момент, он промчал мимо автофургона и непременно опустил бы стекло и благодарно помахал водителю, но слишком уж был занят своими мыслями и потому даже не обернулся. Впрочем, кабина фургона возвышалась над дорогой футов на тридцать, и Ричард все равно никого бы не увидел.