— Одна из тех глупостей, которые делают мальчишки, когда у них внезапно появляется куча денег, — сказала Зула.

— Да. И он ее давно забыл. Но… — Корваллис положил руку на распоряжение о медицинском уходе, — он так и не обновил завещание.

— Оно по-прежнему имеет юридическую силу? — резко спросила Зула, кивая на документ.

— Я не юрист, — ответил Корваллис.

Они оба глянули на доктора Триня, который поднял руки, как при аресте, и замотал головой.

Стэн Петерсон, юрист, приехал через полчаса. Он с порога сказал, что отменил все встречи, — не хвастаясь, а просто давая Зуле понять, что все ресурсы «Ардженбрайт-Вейл» вплоть до боевых дронов и личных космических кораблей — в полном распоряжении ее семьи.

— Элис вылетела, — сказала ему Зула. — Будет поздно вечером.

Стэн глянул непонимающе.

— Вдова его брата, — объяснила Зула.

— Она — душеприказчица?

Зула отрицательно покачала головой и глянула на завещание:

— Она просто старшая из ближайших родственников. Не знаю, как это работает. Если мы собираемся что-нибудь делать, отключать аппараты, или что там еще, Элис должна в этом участвовать. — Лицо у Зулы скривилось, и она всхлипнула.

— Извини. — Стэн был не только растерян, но и в некотором эмоциональном раздрае. Очевидно, он тоже всплакнул, причем недавно, поскольку время от времени шмыгал носом. Вероятно, по пути сюда он заглянул к Ричарду. — Так кто душеприказчик?

Зула подняла голову, шмыгнула носом, сдержалась. Потом глянула на Корваллиса.

— Извини, я не читал завещания… — начал он.

— Я читала, — перебила она. — Душеприказчик ты, Си-плюс.

— Ой, — выговорил Корваллис. — Ох ты, блин.

— В таком случае нам многое предстоит обсудить, — сказал Стэн.

— Но ведь технически он еще не умер? — спросил Корваллис. — Значит, завещание не вступит в силу. До тех пор пока…

— До свидетельства о смерти, — кивнул Стэн и покосился на распоряжение о медицинском уходе. Еще раз шмыгнул носом и кивнул на документ: — Его составил лично Кристофер Вейл младший. — Видя, что остальным это имя ничего не говорит, он пояснил: — Сооснователь нашей фирмы. Он отошел от дел пять лет назад. Ранний Альцгеймер. Сейчас живет в специальном хосписе. Боли он не испытывает. Однако помочь нам с этими документами не сможет.

— Ты их читал? — спросил Корваллис.

— В «убере» по пути сюда. — Стэн поднял брови в немом комментарии к увиденному на этих страницах, и Корваллис не сдержал слабой улыбки.

— Я взял на себя смелость посмотреть диф, — сказал Корваллис.

— Надо полагать, это какой-то технический термин?

— Я программно сравнил текст документа с размещенной в интернете версией.

— Как ты добыл электронную версию? Это же бумага, — удивился Стэн.

— Сфотографировал на телефон и запустил программу распознавания, — сказал Корваллис.

Стэну услышанное не очень понравилось (видимо, так делать не полагалось), но спросил он только:

— И что ты узнал, «посмотрев диф»?

— Кристофер Вейл младший не просто тупо скопировал шаблонный текст, — сказал Корваллис. — Он внес изменения.

— Я бы удивился, если бы не внес! — воскликнул Стэн.

— Не в технические инструкции, разумеется. Они те же самые, слово в слово. А вот в остальной текст добавлены некоторые оговорки.

— Си-плюс, тебе придется меня простить за то, что я, честно говоря, оказался немного к этому не готов. — Стэн вздохнул. — Должен сознаться, раньше я не заглядывал в завещание Ричарда и те два документа. Знай я, что они настолько необычны, я бы, наверное, в какой-то момент убедил его освежить их и подправить. А пока я еще, если честно, не совсем въехал. Может, ты сейчас расскажешь мне, что выяснил? А я даю слово, что к приезду Элис буду знать все досконально.

— У меня создалось впечатление, что изначальный текст «Эфраты» писали нерды.

— Эфрата? Похоже на что-то библейское.

— Так и есть. Но в данном случае я говорю о «Эфрата крионикс инкорпорейтед». Это холодильная установка в одноименном городе. В пустыне к востоку от гор. По крайней мере, когда-то она там была.

Прошло несколько секунд, прежде чем до Стэна дошел смысл последнего слова. Он чертыхнулся.

— Все в порядке, — сказал Корваллис. — Вот тут-то Кристофер Вейл и отработал свой гонорар. Основатели «Эфраты» искренне верили, что нашли идеальный способ сохранять человеческие останки. И еще они верили, что «Эфрата крионикс инкорпорейтед» будет существовать вечно.

— Потому что столько людей подпишется на их услуги… — сказала Зула.

— Что у них будет огромный счет в банке, масштабные обороты и все такое, — согласился Корваллис.

— Что ж, как человек, знавший Криса Вейла, когда у него с головой все было в порядке, предположу, что ничего из этого он на веру не принял, — сказал Стэн.

Корваллис кивнул:

— Когда ты это прочтешь, то увидишь, что, по сути, там сказано следующее: если ко времени смерти Ричарда «Эфрата крионикс» будет существовать, и если она будет финансово состоятельной, и если за это время не изобретут лучшей технологии сохранения останков, то валяйте, действуйте по инструкциям и везите Доджа в большой эфратский холодильник.

— А если хотя бы одно условие не будет выполнено… — начал Стэн.

— То все осложняется, — сказал Корваллис.

— Как будто оно изначально было просто, — пробормотала Зула.

Корваллис придвинул к себе распоряжение об останках и долистал до нескольких последних страниц, напечатанных стандартным «палатино»:

— Сложно в том смысле, что у меня мозги начинают плавиться. Но я уверен, ты разберешься.

— К вашим услугам, сэр, — ответил Стэн.

По счастью, через несколько минут к ним присоединилась женщина, которая представилась юрисконсультом больницы. Легко было догадаться: она узнала, что в реанимацию приехал адвокат больного, и зашла выяснить, в чем дело. Возможно, прыти ей добавило то, что больной — знаменитый миллиардер, а его адвокат — старший партнер фирмы «Ардженбрайт-Вейл». Она оказалась моложе, чем можно было ожидать, и не такая холеная, как большинство женщин в ее профессии; католичка, феминистка и заботливая мать с дипломом Брауновского университета, согласно Миазме. Эсме Херлбат. Любительница вязанья и скалолазания. Несколько минут ушло на то, чтобы представиться и ввести Эсме в курс дела. Доктор Тринь повторил то, что все остальные уже знали о состоянии Доджа. Корваллис тем временем перерывал Миазму в поисках дополнительных данных об «Эфрата крионикс».