Я держала книгу перед собой, она казалась мне жалким щитом:

— Если вы нападете на нас, я уничтожу вашу книгу.

Секундная пауза. «Не иметь значения», — сказал наш гид. Он стукнул тростью по полу.

Ассасины бросились в атаку. Двое из них взмахнули когтистыми лапами в нашу сторону, и воздух перед ними замерцал. Кенто взорвалась. Она оттолкнула меня и Имико в сторону и приняла на себя всю силу атаки. Я видела, как она изогнулась, как на мгновение ее окружило голубое мерцание. Ветер трепал ее одежду и волосы, когда аэромантия ударила по ней, но моя дочь устояла. Позади нас я услышала пару бум, звук кинжалов, вонзающихся в дерево и кожу. Оглянувшись, я увидела, что книжные полки и их содержимое усеяны выбоинами. В них вонзились невидимые кинетические кинжалы, летевшие со всей скоростью, которую смогли вложить в них аэроманты. И, каким-то образом, Кенто не только заметила их, но и оказалась достаточно быстра, чтобы отбросить нас в сторону и увернуться от них.

Ассасины приближались. Трое из них замерцали и исчезли. Двое других снова взмахнули руками, метая в Кенто невидимые кинжалы. Она отступила назад, изогнулась, засветилась синим и снова увернулась. Невероятно быстро.

Тарены, стоявшие на балконах и смотревшие на нас сверху, взмахнули руками. Имико закричала и вцепилась себе в грудь и руки, когда по ней поползли уродливые пауки размером с мой кулак. Слева от меня от ближайшей книжной полки отделилась тень и поплыла по полу в мою сторону. Она выросла передо мной, чернильно-черная, и начала расползаться, окутывая меня. Этим дуракам следовало бы знать лучше. Они не могли напугать меня иллюзиями теневых монстров. Когда-то во мне жило живое воплощение страха. Сссеракис использовал мою тень для себя, и мой ужас не был какой-то бессильной иллюзией.

Имико продолжала кричать, безуспешно пытаясь отогнать пауков. Я позволила тени окутать меня и не обращала на нее внимания. Мир на мгновение потемнел, затем темнота рассеялась. Я увидела, как Кенто борется с двумя нападавшими, которых я даже не могла разглядеть.

Я не видела выхода. С помощью фотомантии тарены могли создавать иллюзии и заставлять нас бегать по кругу. Даже если бы нам удавалось сбежать из библиотеки, они могли заставить нас увидеть твердую почву там, где ее не было. Мы могли раствориться в воздухе и разбиться насмерть, или напороться на невидимый кинжал. Правда заключалась в том, что нас побеждали. Мы понятия не имели об их численности или способностях. Это была проигранная битва, и мы глубоко забрались в ловушку. И были глубоко в лесу.

Еще один порыв ветра, и Кенто отпрянула назад, подальше от невидимого кинжала. Она поскользнулась, упала, оперлась рукой о землю и вскочила на ноги. Впечатляющее движение, но за ее спиной появился ассасин-тарен с кинжалом в руке и вонзил его ей в бедро. Моя дочь закричала от боли, взмахнув мечом. Тарен отскочил в сторону и исчез из виду. Кровь потекла по ноге Кенто, пропитав ее брюки, и она отшатнулась назад. Имико свернулась калачиком на полу, крепко зажмурив глаза.

Капитуляция была исключена. Они пытались убить нас. Я не видела смысла облегчать им задачу. Я просто не понимала, зачем они это делали. Почему они так внезапно обрушились на нас? Это не имело значения. Нам нужен был выход, и я могла придумать только один, но риск был, вероятно, так же велик, как и попытка пробиться силой на свободу.

Я задействовала свой Источник порталомантии, взмахнула рукой и открыла портал в доки Каратаана. Только, конечно, портал вел не туда. Напомню тебе, порталы не работают рядом со мной. Существо за порталами нашло меня в одно мгновение. Огромный глаз повернулся и уставился на меня через отверстие. В черном пространстве за ним извивались щупальца чего-то похожего на дым, прокладывая себе путь к порталу. Это было безнадежно. Шагнуть через эту дыру, в пустоту за ее пределами, было бы равносильно самоубийству, и, хотя это желание никогда по-настоящему не покидало меня, сейчас оно было настолько далеко от моего сознания, насколько это вообще возможно.

Тарены остановились. Все маленькие мерзавцы отступили назад, принюхиваясь и поводя ушами. Возможно, у них сработали и другие чувства, но я не уверена. Но я точно знаю, что все они упали на колени и поклонились порталу. Ну, поклонились существу с другой стороны.

Еще один кусочек головоломки Сирилет встал на свое место. «О, черт!» — сказала я. Я держала портал открытым. Я не сильна в порталомантии, и мне всегда было трудно удерживать порталы открытыми, особенно когда они вели в потустороннее пространство. Края портала горели, но не от огня. Странные вещи эти порталы. Это дыры в мире, проделанные магией. Словно порталомант складывает наш мир пополам и проделывает дыру из одного места в другое. Только этот портал был не в наш мир, а куда-то еще. В какое-то чужое место. Я держала открытой дыру в реальности. Это было непросто. Боль поползла вверх по моей руке. Мне казалось, что по моим венам бегают муравьи, кусая и жаля меня. От усилий я покрылась холодным потом. Стало только хуже, когда огромный глаз с другой стороны подплыл ближе, его дымчатые руки добрались до портала и проникли в наш мир. Тарены склонились в мольбе.

— Что происходит? — спросила Имико, наконец-то развернувшаяся и вставшая на ноги.

— Сирилет ничего у них не крала, — процедила я сквозь зубы, с трудом удерживая портал открытым. — Они отдали его ей добровольно.

Кенто мгновение смотрела на меня, затем снова на таренов. На ее лице тоже отразилось осознание.

— Они — часть культа, — сказала она. — Все они. Вот почему все тарены бежали из Ро'шана пару лет назад. Вот почему они думают, что моя мать скоро перестанет иметь значение.

Это было слишком большое усилие. Слишком большая боль. Один из дымчатых завитков коснулся моей вытянутой руки, и меня потрясло видение.

Оваэрис горел. Небо раскололось, как яичная скорлупа. Огонь, земля и вода хлынули из земли в образовавшуюся трещину, тень и дым устремились им навстречу. Существо, которое наши боги называли Богом, спряталось в тени и дыму. Нет, не спряталось. Затаилось. Оно охотилось. Сейчас оно спустилось в наш мир, и смерть облаком покатилась перед ним. Все, чего оно касалось, разрывалось, искореженное. Земля под ним чернела. Вода мерцала, становясь стеклом, и разлетелась на острые осколки, которые превращали тех, кто оказался в ловушке под ними, в кровавую кашу. Леса горели без огня, деревья чернели и осыпались, как пепел. Дым поднимался огромными столбами, с неба лил огненный дождь. Земляне собирались, пытаясь спрятаться от его ужасного взгляда. Оно проходило мимо них, не обращая внимания. Их плоть отделялась от костей, растеклась, как масло, и превращалась в булькающее чудовище. Они не умирали, хотя я чувствовала их страх и боль и знала, что они жаждут смерти. Какими бы уродливыми и отвратительными они ни стали, они все еще были живы, все еще обладали разумом, все еще были людьми.