– Вы и вправду выглядите, как старая дева, – отвечает он, и бабочки тут же улетают.

– Ого, спасибо.

– Вы идете на вечеринку, полную владельцев секс-клубов.

– Я одна из этих владельцев, помнишь? – отвечаю я, нахмурившись.

– Знаю, и я просто прикалываюсь над вами.

С моего языка уже готово сорваться что-то язвительное, как вдруг я останавливаюсь и растерянно смотрю на него. Конечно, он просто пошутил! Тогда почему я вдруг ощетинилась, как будто он и в самом деле оскорбил меня? Внезапно я чувствую себя стервой.

– Не хочешь войти вместе со мной? Тогда тебе не придется идти одному, и, если хочешь, можешь остаться со мной рядом.

Он явно изумлен моим предложением. Бо слегка хмурит брови. По двору проносится теплый летний ветерок и ерошит каштановые локоны, свисающие ему на лоб. Спору нет, в облегающих джинсах и обтягивающей рубашке-поло, подчеркивающей безупречную форму его мускулистых плеч, Бо великолепен. Но он знает, какой красавчик, и именно это гробит его привлекательность. Заверши он образ толикой смирения, то был бы на десятку баллов.

– Да, конечно. Спасибо, – бормочет он, отталкиваясь от стены. – Я все равно не останусь надолго.

«Аналогично», – думаю я, но не говорю этого вслух. Я как бы надеюсь, что смогу просто незаметно выскользнуть.

С сыном Эмерсона справа от меня я открываю дверь на вечеринку и захожу внутрь.

Разве уже 9:30? Часы дразнят меня, время ползет с черепашьей скоростью. С полупустым стаканом теплого пива в руке я стою в стороне от гостей вечеринки. Время от времени я ловлю на себе взгляды людей, которых я вижу впервые и которые, вероятно, слышали обо мне только из сплетен и слухов. Не удивлюсь, что половина гостей пришли лишь ради того, чтобы занять место в первом ряду на самой большой мыльной опере в Брайар-Пойнт.

Миллионер и владелец клуба увел девушку у собственного сына.

Возможно, со стороны это смотрится именно так. Детали не имеют значения, например, тот факт, что мы с Чарли расстались за несколько месяцев до того, как она начала трахаться с моим отцом. Но народ всегда жадно впитывает скандальные слухи.

Вы слышали, что Бо изменил ей, и она, чтобы отомстить ему, переспала с его отцом?

Вы в курсе, что у Бо с тех пор не было серьезных отношений?

Никто не хочет встречаться с бледной тенью Эмерсона Гранта.

– С тобой все в порядке? – спрашивает Мэгги, и я отрываю взгляд от точки в полу, в которую тупо пялился, чтобы избежать зрительного контакта.

– Нет. Эта вечеринка – скука смертная.

– Никто не заставляет тебя быть здесь, – отвечает она своим слегка сладким, властным тоном.

Странно, как такая милая на вид женщина может быть такой суровой и даже чуточку стервозной. Не то чтобы Мэгги мне не нравилась. На мой взгляд, она даже очаровательна, в несексуальном, не пугающем смысле. Держу пари, перестань она одеваться как старая дева и раскрой свою крутую сторону, она была бы той еще штучкой!

Меня так и подмывает уйти пораньше, но еще только восемь, и я предпочитаю просто убить время здесь, потому что уверен, что не пойду домой, где, как я знаю, мать только и ждет, чтобы наговорить кучу дерьма об отце и всей этой помолвке.

– Я это знаю.

Внезапно мы попадаем в засаду к какому-то типу в обтягивающем синем костюме. С нескрываемым любопытством в глазах он подходит к нам. Я застигнут врасплох и тупо смотрю, как он улыбается Мэгги.

– Фиц, я не знала, что ты здесь, – говорит она деловым тоном, который сильно отличается от того, каким она только что разговаривала со мной.

Она протягивает ему руку, и он пожимает ее. Я же ловлю себя на том, что мои глаза скользят к тому месту, где соприкасаются их ладони. Это формальное приветствие, но при виде его во мне шевелится нечто территориальное.

Они разжимают рукопожатие, и он протягивает руку мне.

– Это твой парень?

– Что? – резко отвечаю я, вздрагивая. – Нет.

Она крепкой хваткой сжимает мою руку, и ее пальцы напоминают когти, но ответ звучит гораздо вежливее, чем мой.

– Вообще-то, это сын Эмерсона, Бо Грант.

Он впивается в меня взглядом, и его брови удивленно взмывают вверх. Его глаза скользят по моей повседневной рубашке-поло и джинсам, и я невольно стискиваю зубы.

– Бо, это Ксандер Фицджеральд, адвокат клуба.

– Пожалуйста, зовите меня Фиц, – его рука все еще протянута. Он явно ждет, когда я ее пожму, но есть в этом чуваке нечто неприятное. Я понимаю, почему он работает с моим отцом. Он выглядит точь-в-точь как он, но с большим чувством стиля и более богатым вкусом. Еще один чувак с гипертрофированным самомнением и развязностью, который хочет выставить меня идиотом.