Только Варьяна избежала этой страшной участи. Она брела по безжизненной пустоши в маленьком мирке Белизар, отчаянно пытаясь вспомнить, как здесь оказалась. Со всех сторон её окружали пустые, мёртвые скалы и выжженная после магических испытаний почва.

***

Хозяин бескрайних полей не желал показываться, но пообщаться был не против. Сначала он показался мне жутким типом, особенно когда развеселился, узнав, откуда я попала на его территорию. Но потом…

— А ты вообще чья? В смысле, дочка чья? — спросил он, немного успокоившись и перестав пугать меня жутким смехом. — Неужели Тэос обрюхатил-таки кого-то из наших божественных курочек?

— Что? — удивлённо протянула я.

— Ну какая же глупая, — фыркнул он. — Я спрашиваю, ты дочка Тэоса?

— Н-нет, — отчаянно помотала головой. — Я только пару дней назад с ним познакомилась.

— Выкрал что ли? — заинтересовался невидимый некто.

— Не совсем, — осторожно ответила я. И осмелилась спросить: — А вы кто?

— Чудная такая! — опять развеселился он. — Сама ко мне пришла и даже не знает, кто я такой. Зови меня Ботиниусом. Мама Боти называла, эх-х-х.

— Приятно познакомиться, господин Ботиниус, — произнесла вежливо. — Я Лейра.

— Ну давай, рассказывай, чего там в сферах нового творится, Лейра, — со вздохом произнёс Ботаниус.

— Я не знаю. Никогда не бывала там, — ответила честно. — А вы поможете мне найти обратную дорогу?

— Э-э-э нет, не так быстро. Я тут со скуки уже скоро второй десяток разновидности клевера выводить начну. А оно надо? Вот именно, что не надо никому, — протянул он. — Повесели меня хоть немного, тогда может и помогу вернуться к Тэосу. Хотя он гад ещё тот, запер меня тут!

— За что? — спросила тихонько, холодея от ужаса.

Я угодила к какому-то богу, которого господин Тэос осудил!

— Да за ерунду сущую! — воскликнул он. — Ну подумаешь, напутал немного и засеял в один из обитаемых мирков плотоядные злаки. Кто ж знал, что мои крохтулечки людей жрать начнут! Самим нечего лезть было. А то, что же это получается, людям, значит, моих крошек есть можно, а им людей нельзя? Несправедливость какая!

Я вся сжалась и начала опасливо осматриваться. А ну как эти кровожадные растения и тут есть! Быть съеденной какой-нибудь рожью — участь не из приятных.

— Да не бойся ты! Я такое больше не выращиваю. Нельзя мне, Тэос запретил, — с сожалением вздохнул Ботаниус. — Вот и получается, что я создаю растения, а создания других жрут их почём зря. Обидно так. У-у-у!

— А разве так не должно быть? — спросила растерянно. — Благодаря растениям выживают животные, птицы, насекомые… и люди тоже.

— Они жрут моих деток! — воскликнул Ботаниус и я решила умолкнуть, пока меня тоже какая-нибудь ромашка не съела.

— Ну, чего трясёшься? — спросил Боти спустя несколько минут, в течение которых я уже успела рассмотреть каждую травинку вокруг себя. Все они вроде бы были настроены дружелюбно и казались вполне обычными.

— Боюсь, — честно призналась я.

— Какая-то странная ты богиня, — посетовал он. — Чья будешь-то? Не слыхал, чтобы кто-то моих цветочков боялся.

— Я ничья, — выпалила, не желая признаваться, кем являюсь.

— Не бывает такого, девонька, — хмыкнул он. — Раз сюда попала, значит, богиня. А коли богиня, то и родили тебя боги. А ну признавайся, как мамку с папкой зовут!

И моего плеча коснулась чья-то рука!

Я вскрикнула, подскочив на месте, как ошпаренная, резко развернулась и зажала рот руками, чтобы не завизжать. Передо мной стоял приземистый, широкоплечий мужичонка лет сорока на вид, дородный, крепкий, как дуб, с зелёными волосами, усами и бородой, похожими на траву, крупным мясистым носом, на котором красовался росток клевера, и светло-зелёными, как молодая травка, глазами. Одет он был в простую льняную рубаху и широкие штаны. На голове у него красовался венок из полевых цветов.

— Ну чего глазёнки выпучила? — улыбнулся он, показав чуть зеленоватые зубы. — Сам знаю, что не красавец. Но уж какой уродился. Маманька-то у меня знатная богиня второго круга, Зелена кличут. Может, слыхала? А вот с папаней не повезло. Божок третьего круга он, Земельян. Не знаешь таких?

— Нет, — отчаянно помотала я головой. — Я вообще никого из богов не знаю.

— Ну как так-то, а?! — всплеснул он руками, отчего широкие рукава рубахи взметнулись, как паруса. — В кои-то веки ко мне кто-то в гости заглянул, и то ничегошеньки не знает. Как хоть у Тэоса очутилась? За что-то же он тебя к себе забрал. А ну признавайся!

И он надвинулся на меня, сведя кустистые зелёные брови. Я испуганно попятилась и выпалила:

— Он назвал меня Сяорой. Сказал, что с ним мне будет безопаснее.

— Ох ты ж, мои травушки! — прошептал Ботаниус, тоже попятившись. — Только не губи!

Я растерянно уставилась на него. Он на меня. Так и смотрели друг на друга, не зная, что делать, пока в небе над нашими головами не сверкнула молния.

Мы оба присели, вскрикнув и, как-то так получилось, что подались друг к другу, обнявшись со страху. А над нами громом прогрохотало: