А пока решаю не давать этому чувству окончательно овладеть мной и настраиваю себя на работу в фитнес-студии.

Однако, стоит мне остаться одной, в мою голову тут же лезут мысли об Илье. Как он вчера смотрелся на льду. Быстрый, мощный и технически сложенный. Грамотно и аккуратно обводит соперников, не ввязывается и не провоцирует драки, не удаляется.

А его статистика поражает. В этом году у него очень хороший сезон. Много результативных передач, голов и выигранных вбрасываний.

Когда моя вуаль злости и неприязни спала, я отчетливо стала понимать, почему мой дедушка так его любит.

Даже вчера дед хвалил его за результативную передачу и красивую игру. Я чуть не осеклась и не рассказала, что знакома с ним лично. Наверное, стоит уже наконец-то сообщить ему, что его внучка знает его любимчика.

И не только знает…

По телу тут же бегут мурашки и приятное предвкушение охватывает меня. Насмотревшись вчера на парня на льду, я была готова поехать с ним, куда угодно, но встреча с дедушкой для меня важнее.

Поэтому после тренировки с «Алмазами» я подготавливаю себя к встрече с Ильей. Хочу, чтобы все было идеально. Не хочу волноваться и думать о том, что что-то не так.

Осталось провести сегодня три занятия и сходить в душ в студии.

Мне предложили еще одну группу по проведению силовых упражнений, и я охотно согласилась. Поэтому мне пришлось слегка скорректировать свое расписание и перенести занятия по танцем.

С одной стороны для меня ничего не поменялось, но с другой, последние занятие теперь будет степ-аэробика. А это значит, что группа, в которую ходит Костя, будет в конце рабочего дня. Что может спровоцировать его желание ждать меня после занятий. Я очень надеюсь, что это ничем необоснованная паника.

Как бы не так…

После завершения последнего на сегодня занятия я убираю спортивный инвентарь и открываю окошко на проветривание. Но стоит мне подойти к выходу из зала, как я натыкаюсь на Костю. Он придерживает стенку плечом и его руки скрещены на груди.

— Вы что-то хотели? — спрашиваю максимально не заинтересовано.

— Хотел предложить проводить вас до дома, — его голос спокоен.

Еще этого мне не хватало, чтобы какой-то парень знал, где я живу.

— Думаю, моему парню это не понравится.

— Кому? — от его тона меня охватывает раздражение. — А, парню.

— И вообще, Константин, я уже вам говорила: с клиентами у меня только профессиональные отношения.

Его губы странно кривятся, и он изумленно таращится на меня.

— Полина, может…

— Полина Романовна, — перебиваю его, проходя мимо него. — Если на этом все, то до свидания, Константин.

Я успеваю сделать пару шагов, но его заявление заставляет остановится меня.

— Что-то я не вижу вашего парня.

Делаю успокаивающий выдох.

Полина, он всего лишь клиент. Обычный клиент. Не нужно ругаться.

— Это вас не касается, — отвечаю я, не поворачиваясь.

— Конечно, конечно, — его голос пропитан сарказмом. Парень делает пару шагов и встает передо мной, закрывая мне проход. — Мне понравился ваш концерт.

— Концерт? — свожу брови на переносице. — Не понимаю, о чем вы.

— Ну, как же. Вы думаете я поверю, что вы встречаетесь с тем рыжим качком?

У меня отвисает челюсть и проходит несколько секунд, когда до меня окончательно доходят его слова.

Пускай наш поцелуй с Ильей был постановочным, но я не позволю этому парню так со мной разговаривать.

— Константин, я не понимаю, что вы от меня хотите, но если вы будете продолжать в подобном тоне со мной разговаривать, то я буду вынуждена ставит вопрос о вашем присутствии на моих занятиях и мне все равно платите вы за них или нет.

Меня охватывает злость от его наглости. Мало того, что я вынуждена терпеть его поведение во время тренировок, так он еще не стыдится доставать меня после занятий.

— Мы оба знаем, что вы ничего не сможете сделать, — он нахально смеется. — Клиент всегда прав.

— Что вам нужно? — не выдерживаю я. — Вы можете выбрать любую студию в городе, любое направление, почему именно мои занятия вы посещаете?

Он с самодовольной ухмылкой разглядывает меня. Обычно в спортивном топе и лосинах я чувствую себя уверенно и комфортно, но от его неприятного взгляда, мне хочется укрыться.

— Вы мне нравитесь, Полина.

— Романовна, — огрызаюсь я, когда понимаю, что он не собирается называть мое имя полностью.