— Да? — отвечает Алекс. — Что происходит?

— Ты знал, — просто говорю я, и мой голос звучит странно спокойно. — Ты, черт возьми, знал.

Алекс на мгновение замолкает, а затем говорит:

— А теперь и ты знаешь.

27

Айви

Я не сплю.

Я лежу в постели всю ночь, ожидая, что он придет ко мне. И боюсь, что он отбросит меня, как Нину. Это пугающая мысль. Мысли бегут в голове, пока я с тревогой кручу браслет на запястье.

Ночь длинная и страшная.

Восходит солнце, и я вижу, как оно заливает комнату до краев. У меня слезятся глаза, и я чувствую, что меня вот-вот стошнит от усталости.

Быстро ополаскиваюсь в душе, потому что не успела принять его накануне вечером. На мне черная юбка-карандаш и коричневый облегающий боди. Я выбрала этот топ, потому что он немного подчеркивает мое декольте, и мне отчаянно хочется произвести впечатление на Уэста любым возможным способом.

Пожалуйста, не отбрасывай меня.

Мои волосы мокрые и распущенные. Пытаюсь их высушить, но опаздываю в его офис. Это ж надо, жить в доме, где я работаю, и все равно приходить поздно.

Я даже не успеваю выпить свой кофе.

У меня раскалывается голова, когда тащусь к его кабинету. В квартире ни звука, и я вдруг жалею, что здесь нет Тильды.

Когда я открываю дверь и вхожу, мое сердце бешено колотится — БУМ, БУМ, БУМ.

Он в офисе, на нем свежий костюм, волосы влажные и взъерошенные. Эйдан выглядит серьезным, непроницаемым. Когда я вхожу, его взгляд встречается с моим. Чувствую себя неловко. Он ничего не говорит, когда я заставляю себя улыбнуться ему и направляюсь к стулу рядом с ним.

О, боже, это действительно странно.

Я сажусь и не знаю, что делать. И так нервничаю, что меня тошнит. Беру ручку и выдвигаю ящик, вынимая папку. Я открываю ее, притворяясь, что занята. Даже тянусь под стол и включаю компьютер, потому что учусь составлять электронные таблицы (и усердно в них копаюсь).

Это неудобно.

Его голова повернута в мою сторону, и он наблюдает за мной, но ничего не говорит. Возможно, Уэст ждет, что я начну разговор.

Я поворачиваюсь к нему, с трудом сглатываю и заставляю себя улыбнуться.

— Я чувствую, что, возможно, нам нужно обсудить некоторые вещи.

Когда он смотрит на меня, в его глазах нет никаких эмоций. Я этого и не ожидаю.

— Это связано с работой, мисс Монткальм? — Его голос звучит бесстрастно.

— Ну, нет…

— Тогда нет.

Ладно.

Я отвожу взгляд, дрожащими пальцами делаю вид, что просматриваю вчерашние бумаги. Теперь он что-то записывает в блокнот. Я чувствую его напряжение… его гнев. Он вырывает листок и громко хлопает им передо мной.

— Это список дел, которые я хочу, чтобы были закончены к концу дня, — твердо говорит он, вставая.

Я поднимаю на него встревоженный взгляд.

— Куда вы идете?

Он не оборачивается.

— Ухожу.

Эйдан выбегает из офиса и оставляет меня одну.

И не возвращается весь день.

***

Это дерьмо продолжается пять дней. Его никогда нет в офисе. Его никогда нет рядом со мной. Я вишу на волоске, постоянно сомневаясь, надолго ли меня хватит. И ни разу не смогла вздохнуть спокойно.

Вот уже пять дней мы живем под одной крышей, а я даже не пересекаюсь с ним. Не знаю, что он делает, думает, чувствует. Я жалею, что не пошла к нему, когда у меня была возможность.

По вечерам я слышу, как хлопает дверь, и не знаю, приходит он или уходит. Думаю, Эйдан много бегает. У него было много свободного времени, чтобы все обдумать, но я бы хотела, чтобы он поговорил со мной, чтобы я могла все прояснить. Он избегает меня как чумы — это плохой знак.

Мое пребывание здесь подходит к концу, я в этом уверена.

Я в ужасе.

— Успокойся, — утешает меня Ана, слыша мою боль. — Он просто все переваривает.

Я выглядываю из-за жалюзи, забравшись на подоконник.

— Ему было бы легче переваривать, если бы я была рядом…

— Нет, — обрывает она. — Сначала ему нужно подумать. Подумай о том, что тебе нужно было пространство, когда между вами все пошло наперекосяк. Ты должна уважать его пространство. Не ходи к нему…

— Что, если он решит, что мне все равно?

Она усмехается.

— Айви, ты поставила на паузу всю свою жизнь, чтобы быть рядом с ним. Тебе вообще не нужно доказывать, что он тебе небезразличен, и если он ушел с этой мыслью в голове, то скатертью ему дорога.