— Очень.

— Это из-за моего комментария, что я могу помочь вам с чем угодно?

Он опускает взгляд на мои губы.

— Это один из примеров.

— А еще?

Он придвигается ближе, словно заключая меня в клетку своим телом. Я чувствую, как каждый сантиметр его тела прижимается ко мне, и на мгновение закрываю глаза, наполняясь теплом и воспоминаниями. Когда открываю глаза, мне кажется, что я смотрю прямо на Эйдана… моего Эйдана.

Мои веки тяжелеют, когда он шепчет:

— Еще один пример — то, как вы смотрите на меня прямо сейчас, мисс Монткальм.

Я смотрю на его губы.

— Что нам с этим делать?

— Что вы предлагаете?

Тяжело сглатываю, когда воспоминания захлестывают меня, воспоминания, как его ладонь больно шлепала меня по заднице, а затем его пальцы скользили в мою киску, толкающиеся в меня, пока я стонала от удовольствия.

— Вы можете наказать меня, мистер Уэст.

Его дыхание учащается. Я чувствую, как его возбуждение прижимается к моему бедру. Он так близко ко мне, его губы все еще в паре сантиметров от моих. Эйдан скользит пальцами вниз по моему телу, а затем вверх. Он проводит указательным пальцем по моей левой груди, все время внимательно наблюдая за моим лицом. Потом обводит контуры моей груди, прежде чем обхватить ее рукой и нежно сжать. Я потрясенно выдыхаю, прижимаясь к его прикосновению.

Я больше не могу этого выносить.

— Сэр… — шепчу я, тяжело дыша.

Я тянусь и касаюсь его губ своими. Это легкий поцелуй, но он сразу же реагирует на него. Эйдан целует меня в ответ. Это не тот пылкий поцелуй, который я представляла. Он медленный и нежный. Уэст нежно целует меня, посасывая мою нижнюю губу, скользя языком между моих губ, лаская мои собственные. Все мое тело напрягается. Сердце стучит у меня в ушах, когда мне становится теплее рядом с ним. Эйдан снова сжимает мою грудь, но не останавливается. Он разминает ее, его пальцы сжимают мои соски через лифчик.

— Сэр… — повторяю я, не в силах сдержаться.

Он снова проводит по моему телу обеими руками, на этот раз с большей настойчивостью. И без колебаний забирается под мое серое платье. Крепко сжимает мои ягодицы, притягивая меня ближе, чтобы я могла почувствовать каждый сантиметр его твердого члена. Потом задирает мое платье до бедер, и, ох, блядь, это происходит на самом деле? Он отстраняется, чтобы посмотреть на мою обнаженную кожу. И издает глубокий горловой стон; мне нравится этот звук; в нем чувствуется потребность, и теперь я жажду его губ, более страстного поцелуя.

Он обхватывает мои бедра руками и быстро поднимает меня. Накрывает мой рот своим, и на этот раз наш поцелуй становится более отчаянным, когда тот прижимает меня спиной к закрытой двери, словно заключая в клетку. Я стону ему в рот, когда Эйдан прижимает свой член к моему центру. Он скользит по моему клитору через трусики. Я резко выдыхаю от пронзающего меня наслаждения.

— Блядь, Айви, — потрясенно стонет он. Уэст прижимается своим членом к моему центру, посылая по мне еще одну волну удовольствия. — Почему, черт возьми, это так приятно? Хм?

«С тобой всегда так», — хочется сказать мне.

Я обвиваю его руками, удерживая. Тяжело дышу ему в губы, а он продолжает двигаться напротив меня, целуя все сильнее. Уэст безжалостен в своих поцелуях. Я знаю его язык — он не изменился. Но не отстаю от него, позволяя ему вести меня, прежде чем отстраняюсь и завладеваю его губами по-своему. Это сводит его с ума. Он прижимается ко мне крепче, стонет громче, выдавая свое удивление.

Он собирается трахнуть меня прямо здесь и сейчас. Все происходит слишком быстро. Наверное, это действительно неправильно. Не так я должна помогать Эйдану найти себя, но я мокрая и хочу этого, и мне чертовски приятно, когда он снова прикасается ко мне.

Все эти взгляды; бесконечные дни мучительных, нуждающихся взглядов… Я больше не могу с этим бороться.

Он запрокидывает голову, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. Его губы красные и опустошенные. Теперь в его глазах читается любопытство, когда он рассматривает мое раскрасневшееся лицо.

— Я могу в голове увидеть каждый сантиметр твоего тела, не видя его полностью обнаженным, — с жаром произносит он, снова сжимая мою попку и пристально глядя на меня. — Почему так, Айви?

Я слабо пожимаю плечами, желая вернуть его губы к своим.

— Может, у тебя есть способности.

Теперь его лицо холодеет, когда он отстраняется еще больше.

— Когда ты собираешься сказать мне правду?

Мое сердце подпрыгивает.

— Нет правды, которую можно сказать.

Его веки все еще тяжелы, когда он спрашивает:

— Ты когда-нибудь работала на меня раньше?

— Нет.

Он хмурится, будто разочарован моим ответом. Затем возражает:

— Конечно, нет. Ты почти ничего не смыслишь в бизнесе. Ты отвратительно выполняешь то, что делаешь.