Никто не посмел бы назвать его в те дни Дормерским мужем или как-нибудь пошутить над ним. Можно было бы остаться без чего-то жизненно важного. Или вообще не остаться. Выродок, чего уж там! Размажет и не заметит!..

Все с нетерпением ждали того светлого часа, когда муж княгини, наконец, пойдёт и отведёт душу. Набьёт своему "дружку" Лавилю морду. Вобьёт в него некие нормы поведения, справедливости и благородства. После этого с Адельмаром, возможно, всё будет в относительно порядке.

Почему в "относительном"? Просто потому, что проблема Нел была одной из нескольких. Мар, таился и мучился не только виной друга, но и брата. Похоже, был не до конца уверен в порядочности мотивов короля Дормера в отношении Анастас...

Дурдом. Маги сходили с ума и теряли контроль. Девочки шалили, вопили глупости и особенно часто взрывали что-то в своей "лабораторной" башне. Дети в замке выкрасили всех кошек жуткой люминесцентной краской. Выглядело леденяще душу. Особенно по ночам. Настолько, что у пары старушек приключились неприятности с сердцем, когда "светящиеся чудовища" в темноте метнулись к ним под ноги.

Дети и подростки замка признались и получили внушение. В преступлении подозревали Эль и Йли. Просто потому, что цвета, в которые красили кошек, были слишком уж разнообразными. Очень чистыми и яркими. Вряд-ли такое совершенство можно сварить на кухне. Тут, скорее, понадобится лаборатория.

Не доказали. А значит, не привлекли. Тем более, что девочки очень и очень помогали в спектаклях и организации праздников в городах Ламеталя.

Да. Из всего этого бедлама, суматохи, вороха не разрешённых, и даже не разрешимых проблем, когда приходил час, выпархивали беззаботные, сияющие улыбками феечки. И несли радость, дух праздника и обещание чуда детям и взрослым.

***

Когда Лейн собрался навестить ректора Элвина в академии, девочек отпустили с ним. Хотя в "здравом" уме никто и не подумал бы допустить подобное. Не потому, что Лейну не доверяли. Нет. Он просто считал Эль и Йли не детьми, а коллегами.

Так и относился к ним. А как ещё? Как иначе, если ты обсуждаешь серьёзные научные вопросы с Эль, а Йли, пусть и не обладает ещё энциклопедическими знаниями, но стремится к этому и вносит в вашу беседу элемент неожиданности? Высказывает иногда странные, но на диво остроумные и нестандартные решения поставленных задач?

Так он отнёсся к юным леди и сейчас. Они вместе с Элвином выпили чай в кабинете ректора. Лейн собрался навестить бывших коллег. А девочек оба учёных мужа нижтоже не сумняшеся отпустили "погулять по академии"... Безопасно же. К тому же, Элвин, как "хозяин" академии набросил на обеих подружек лёгкую иллюзию, изменив немного их слишком уж совершенные для дормерок личики.

И просить не пришлось. Это была финальная часть плана, сделавшая его идеальным. Иллюзию академии на её территории невозможно "вычислить". А значит, любой, кто увидит их, будет уверен, что это и есть их "натуральные" лица.

Академия щекоталась, когда прикасалась к девочкам. Эль улыбалась. Она уже привыкла немного к "процедуре". Йли смеялась заливисто и счастливо. С ней академия возилась особенно долго. Элвин смотрел-смотрел и заметил добродушно:

– Ты, друг мой, оказывается, неравнодушна к дочке, как к матери?

Академия фыркнула, это услышали трое из присутствующих магов, и крутнула Йли особенно сильно. Девочка расхохоталась и попыталась обняться с бесплотным духом академии. Удивительно, но получилось, что привело её в просто дикий восторг.

Лейн не слышал академию. Просто не мог. Поэтому он терпеливо ждал, с любопытством наблюдая, как что-то невидимое кружит и вертит девочку. Уточнил, с сомнением:

– А почему бы не соорудить ей дормерские косы? Наряд подходящий, но ведь дормерские барышни не ходят так, с распущенными волосами!

Мэйлин рассмеялась:

– Бесполезно! Тут так интересно, что я обязательно разволнуюсь и волосы выскочат из любой косы. Это будет странно выглядеть. А так все будут просто думать, что мои заплутавшие где-то родители или не имеют понятия об этикете, или решили похвастаться моей шевелюрой.

Да. Светлые кудряшки Мэй выглядели не менее привлекательно, чем у её матери. И имели такую же особенность: "вставать дыбом", когда магия вступает в конфликт. А так как для Мэй это был её любимый способ магичить, то случалось это часто. Здесь произойдёт неминуемо. Учитывая то, что она собирается провернуть.

Академия, конечно, поняла. Ведь орудие преступления было у Мэй с собой и решимость свою девочка не прятала. Может, потому она и крутила будущую "преступницу" так долго? Журила. Или наоборот благословляла на справедливое возмездие?.. Кто его знает, это порождение древнего, своеобразного и прихотливого эльфийского разума?

Девочек отпустили. Они вышли из башни ректора и из здания академии. Чинно пошли по дорожкам академического парка, напоминая двух благовоспитанных сестёр, которые ждут отлучившихся буквально на минуту родителей. Не выбивались, хоть и привлекали внимание. Прелестные, оживлённые девочки!