Я растерялся. Я не думал, что этот человек может быть таким… таким непривычным… И что он может смотреть на меня, как на чужого. Но когда я собрался с духом и уже хотел говорить то, что написал, то Алёна заговорила первой.

— Если ты не понимаешь, то я скажу тебе это лично. — Холодно произнесла она, даже не смотря на меня. — Всё кончено. Уходи из моей жизни.

— Но… — Выдохнул я, не зная, как реагировать на такой образ Алёны. — Я не могу без тебя. Ведь всё же в этом мире можно исправить. Скажи, что мне сделать, и я сделаю. Дай мне шанс!

— Нет. — Отрезала также холодно Алёна, повернулась к сестре и проговорила. — Я решила вопрос, пошли. — И не успел я даже моргнуть глазом, как девушка, которую я люблю, в одно мгновение пронеслась мимо, а за ней, едва поспевая, спешила сестра.

Проходя мимо меня, Лия бросила сочувственный взгляд и тихо проговорила:

— Не унывай!

И сёстры ушли, оставив меня одного стоять возле подъезда. Так я стоял долго в полном ахуе и растерянности. И всё, что я сейчас чувствовал — это жуткий холод. Но холод этот был не из-за зимы. Он был из-за синих ледяных глаз девушки, которые когда-то светили ярче солнца.

* * *

14 Января

Этот день я ждал больше всего, ведь сегодня был наш первый экзамен, и не по какой-то хуйне, а по мат. статистике. Это было мне на руку, ведь курсовую мы с Алёной делали вместе, и по идее, должны были отвечать вместе. Я очень рассчитывал на то, что наша командная работа сможет хоть немного растопить ледяную стену, выросшую между нами. По крайне мере, я на это надеялся.

Что произошло за эти 4 дня? Не буду, наверное, говорить, что я снова и снова звонил Алёне, что я снова и снова проверял телегу. Скажу только, что одиннадцатого числа я вновь решил подкараулить Алёну возле подъезда без привлечения Лии. Я был уверен, что девушка в этот день обязательно куда-нибудь пойдёт, и начал свой сталкинг в девять утра. К пяти вечера я уже окончательно охерел и просто сдался, осознав, что сталкер из меня как из гуся кроссовки. Больше я не предпринимал никаких отчаянных действий, возложив всю надежду на экзамен по мат. статистике.

— Ты как, Макс? — Поинтересовался Лёха, когда мы встретились на улице.

— Да как, как? Херово! Любовь меня не щадит, как возраст твою маму.

— Ой, пошёл в пизду! — Обиделся дружбан. — Я со всей душой и заботой, а ты такие гадости шутишь!

— Прости… Думал, забавно будет. В общем, живу я потихоньку и стараюсь верить в хорошее. Ведь хорошее же бывает в этом мире?

— Несомненно! Если Новый год начался на грустной ноте, то закончится на позитивной! — Попытался приободрить меня пузан.

— Нет уж, катись-ка на три хуя. Я хочу, чтобы твоё правило работало на месяц, а не на год. Типа, если в начале января я рассорился с Алёной, то в конце мы обязательно помиримся!

— Может и так быть, друг. Всё может быть! — Лёха похлопал меня по плечу своей колбасовидной ручонкой, и мы потопали на остановку.

В автобусе дружбан спросил у меня, подготовился ли я к экзамену, и я ответил, что подготовился и даже очень хорошо. И это была чистая правда. Так как это был предмет, который мог хоть немного сблизить меня с Алёной, то я подошёл к делу основательно, и выучил полностью тему нашей курсовой, а также половину билетных вопросов. Сегодня я хотел выложиться на всю, и помочь Алёне заполучить пятёрку.

Аудитория была открыта, и там уже собралась наша группа. Почти вся. Алёны не было.

«Бля, она никогда не опаздывает на учёбу без веских причин! Неужели что-то случилось?!» — Подумал в ужасе я.

Это не входило в мои планы. Совершенно не входило.

— ОООООО, МАКСОООН! — Заорал на всю аудиторию Эдик, когда мы с Алексеем вошли.

— Здорова, кошко-мальчик! — Артём протянул мне свою руку.

— Больше я не кошко-мальчик. — Слабо улыбнулся я. — Я отдал кошачьи ушки Лёхе.

— Аха-ха! — Расхохотались парни.

— А лифчик и стринги? — Поинтересовался Женя.

— А их я никому не отдам! — Ответил я, за что заслужил новую волну хохота.

— Макс, признавайся, почему Алёны нет! — На меня строго взглянула Лера.

— Не знаю. Я сам удивлён… — Пожал я плечами. — Может, просто опаздывает.

— Либо от толпы фанатов отбивается! Её фотографии нынче очень популярны! — Расхохотался Эдик.

— Мудак! Тупой! Завались! Дебил! — Начала ругаться Лера и ебашить громилу ладонью по ебучке. — При Алёне не вздумай такое ляпнуть!

— При Алёне в первую очередь такое ляпну! — Хохотал Эдик и ловко отбивался от ударов озверевшей Леры.

— Ищем тишину! — С этими словами пропитый алкаш зашёл в аудиторию, и на нас пахнуло застоявшейся спиртягой.

«Пиздец, либо он обрызгал себя спиртом, либо выпил бутылку одеколона. Одно из двух!» — Заключил я.

— Все у нас пришли, да? — Препод красными от запоя глазами оглядел аудиторию и поморщился. — А где Апаль…

— Извините, Валерий Павлович, можно я отниму у вас минутку? — К нам в аудиторию заглянул наш куратор. Хоть я и знал, что он наш куратор, но из-за редких встреч, не запомнил его имени и отчества.