— И ПЯТУНЕЧКААА! — Из аудитории как раз вышел громила Эдик. — Максон, ты чего такой? На себя не похож! Давай, соберись, мужик! Алёна не единственная баба в этот мире!

— Да, да… — Кивнул я.

— Ну, бывай! — Эдик хлопнул меня по плечу.

— Удачи. Не унывай! — Новая староста улыбнулась и потопала следом за громилой.

Лёха вышел предпоследним и радостным.

— Я ничего не ответил, но мне поставили троечку!

— Поздравляю. — Кивнул я.

— Макс, не хочешь перекусить? Мне еда всегда помогает во время депрессии.

— То-то ты уже в грузовое такси не влезаешь. — Кивнул я.

— Да иди ты! Пошли бургер сожрём?

— В Мит энд Хит я не пойду. — Отрезал я.

— Пошли хот-догов тогда возьмём… — Не сдавался дружбан.

И мы взяли хот-догов и немного поболтали. Но я был не особо настроен на разговоры, посему в основном слушал о том, что произошло за это время в Империи, о том, что в коде нарыли упоминания о совершенно новом испытании мастерства, а также о том, что Лёха смог скрафтить себе ледяночку (не ебу, что это).

Домой я вернулся часам к десяти. Мама спросила меня, как я и поинтересовалась, не хочу ли я есть, а потом не стала меня доёбывать.

Я пришёл к себе в комнату, взглянул на серое унылое небо, закрыл шторы и лёг прямо в джинсах и толстовке на кровать. Лежал я долго, настолько, что мне начало казаться, что я остался в этом мире совершенно один. Наконец, осознав, что вся обстановка моей комнаты делает только хуже, я включил телек, который у меня пылился за нанадобностью уже долгое время. Нашёл на компе какую-то анимеху и перекинул её на плоский большой экран. Затем включил её, сел перед телевизором и пытался смотреть. Только вот анимеха была очень позитивная и на тему любви. Посему на середине второй серии, я обхватил голову руками и сидел так до тех пор, пока совсем не ахуел.

* * *

22 Января

Сегодня я опять пошёл бухать, потому что было невыносимо плохо. Завтра по расписанию был последний экзамен, и я планировал его проебать.

Сегодня я не стал выдумывать кукурузу из Том Круза, и взял виски и колу полторашку. Сделал всё то же самое, что и с соком: вылил 1/3 колы и надуплонил туда вискаря. Ещё взял большую пачку сухоросов, сел в каком-то отдалённом от моего дома дворе на лавочку, сидел и глушил ебаное пойло. Ебейше мне стало очень быстро, но жалко было выливать остаток вискарика, посему я взял 0,5 колы, вылил также 1/3 и просто идеально перелил остаток вискаря в мою тару.

Когда я добил бутылочку, что мне захотелось писять, и я не придумал ничего лучше, чем справить нужду прямо в урну возле какого-то подъезда. Тогда-то на меня и стала кричать какая-то бабка, которая проходила мимо. Послав бабку на три хуя, я продолжил ссать, но она не унималась. Тогда я смачно рыгнул в её сторону, и она стала кричать: «Полиция, полиция!» И мне пришлось съёбываться от греха подальше, хотя мне сейчас было глубоко похуй. Мне было хорошо. Я был готов к приключениям, но мешал тот факт, что на улице стояла лютая холодрыга, и я очень сильно замёрз, не смотря на то, что во мне уже булькали 0,4 вискаря вперемешку с колой.

Трезвым я бы ни за что больше не поехал кататься на автобусе, боясь встретить тех самых мудаков или новых мудаков, но пьяным я решил, что это охуенная идея, сел в автобус и вообще ебанулся в краину. То есть меня почему-то так сильно вшторило, что как я ехал, я не запомнил. Как я вышел, я тоже не запомнил. И вообще я плоховато помнил мой путь. Но когда я оказался возле каких-то развалин, то решил, что я в Империи Хаоса, и попытался достать лук.

— Блять… ебись… оно… где лук… где стрелы… — Ворчал я, ёрзая по спине моего пуховика.

Когда я допёр, что я мудак, то ещё раз оглядел ветхие стены из серого камня и пошёл дальше по протоптанной на снегу тропинке. Это место немного походило на парк, за исключением того, что тут были какие-то старые здания, флаги и гербы. Казалось, что я реально попал куда-то в фэнтези мир или поехал кукухой. Так я шёл, пока не дошёл до металлического стенда, на котором были высечены большие красные буквы: «Приветствуем в Неженской крепости»

— Чего, блять? — Удивился я. — Мама, забери меня домой…

Возле стенда я смачно наблевал и тут же вспомнил цитату Джейсона Стэтэма: «Что ты себе позволяешь? Немедленно начни позволять себе больше!» И я позволил, поэтому ещё и поссал прямо в свою рыготню. Именно тогда я услышал голоса.

— Ээээээй! — Орал кто-то. — Серёгааааа!

Наверное, было бы логично не окликаться на этот зов, но хуле пьяному, да?

— Я Мааааааакс! — Заорал я.

— Кто там, ебать? Опа, пацанчик! — Услышал я удивлённый голос.

Я обернулся к источникам голосов, но плохо различал заплывающимися глазами тех, кто шёл ко мне.