Зачем мне это платье? Зачем я осознанно рву себе душу? Лучше выбрать что поуродливее или самое дешевое. Все равно оно полетит в мусорное ведро.

Грудь сжимает стальным обручем, хочется заплакать.

Но вместо этого я делаю глубокий вдох, широко и счастливо улыбаюсь притихшей девушке и прошу упаковать наряд. С туфлями я уже не заморчаиваюсь и выбираю классические лодочки на каблуке. В главном зале нахожу скучающего Савву, при виде нас он поднимается с бархатного диванчика и спрашивает:

– Выбрала?

– Да, - радостно киваю я и беру его под локоть.

Он внимательно смотрит на мое лицо, и сердце пропускает удар. Надеюсь, я не перебарщиваю с энтузиазмом. Но парень лишь протягивает ко мне руку, ласково убирает выбившийся локон за ухо, а потом переплетает наши пальцы. Оплачивает на кассе все покупки.

Мои глаза, конечно, округляются, когда я узнаю стоимость платья, но Савва даже бровью не поводит, спокойно расплачивается, и мы уходим, приняв массу поздравлений от консультантов. Я чувствую их взгляды в наши спины.

Меня терзает легкое сожаление, ведь для моего плана не обязательно было так тратиться, но, с другой стороны, если он готов платить - что ж, пусть платит. Ничего не должно вызвать подозрений. Иначе план может сорваться.

Дома я не выдерживаю и, пока Савва занимается ужином, примеряю платье. Атлас красиво переливается на свету, я осторожно провожу пальцами по изящной вышивке. Какое же восхитительное... Приподняв светлые пряди волос, я открываю шею и кручусь. Достаю бриллианты-слезы и аккуратно застегиваю. Мне нравится как платье и ожерелье смотрятся вместе, и я, улыбаясь своему отражению, снова делаю поворот, глядя, как белоснежными волнами трепыхается подол.

Засовываю ступни в новые туфли и долго смотрю на себя, склонив голову набок и ощущая внутри сплошную черноту, от которой сковывает сердце.

– Ты выглядишь потрясающе, - раздается голос позади меня. Наши глаза встречаются в зеркале. В восхищенном взгляде появляется легкая насмешка, когда он смотрит на мультяшную вышивку.

– Если бы у меня было больше времени, я бы сшила платье на заказ. Вместо чеширского кота тут мог бы быть Пикачу.

Савва тихо смеется и подходит совсем близко. Его руки обвивают мою талию, а губы опускаются на изгиб шеи.

– Я же говорила, что жених не должен видеть невесту, - шепчу сердито, шлепая его по рукам.

Но он, не слушая мои протесты, разворачивает меня и целует в губы. Зеленые глаза блуждают по мне завороженно, ему явно нравится лицезреть меня в свадебном платье. От его прикосновений живот наливается тяжестью, и меня охватывает желанием.

В этот момент мир вокруг нас исчезает, и все, что имеет сейчас значение — это мы вдвоем. Прокладывая дорожку из поцелуев вдоль моей шеи вниз, Савва опускает лиф и жадно приникает к груди, захватив зубами набухший сосок. Из меня вырывается слабый и хриплый стон, и контролировать себя становится труднее. Но я и не хочу. Зачем? В этот миг мне хочется, чтобы он оказался внутри меня как можно скорее.

Подхватив меня на руки, мой монстр делает пару шагов по комнате и опускается в кресло. Я усаживаюсь на него сверху, и он, просто отодвинув мои стринги в сторону, сразу опускает меня на освобожденный из ширинки горячий и возбужденный член. Протяжный стон удовольствия нарушает тишину в комнате, к нему добавляются рваные тяжелые вдохи.

Как же хорошо...

Я оттягиваю его голову назад за волосы. Снимаю очки и рассматриваю чудную зелень глаз. Не переставая при этом двигаться на нем. Подол платья собирается на поясе, оно уже безнадежно помято, но мне все равно.

– У тебя красивые глаза, - говорю ему и провожу подушечками пальцев по щеке, губам, опускаюсь на скулы.
– И вообще все лицо...

Он почти не заметно улыбается и подается навстречу моим пальцам.

– Ты будешь со мной?
– спрашивает Савва с придыханием. Мне кажется, что в эту минуту он нервничает. Боится.

Я фыркаю и целую его в губы, касаясь языком.

– Конечно, глупый. У нас послезавтра свадьба. Я сижу на тебе в свадебном наряде. Который мы сейчас не должны испачкать.

– Будь со мной всегда, - шепотом просит он, прикусывая нежно кожу на линии челюсти. В крепкой хватке приподнимает меня за бедра и снова опускает. Перед глазами мутнеет, и я прогибаюсь в пояснице.
– Ты моя, Миша, моя...

– Твоя... Я всегда буду рядом... Я люблю тебя...
– После моих слов он как будто совсем расслабляется, нервозность уходит, а горящие зрачки словно окутываются дурманом. Наши тела двигаются навстречу друг другу с нарастающей силой.

От пронзительного и глубокого взгляда в груди невольно расцветает бутон надежды.