Большую часть этой работы я проделал сам зимой, когда на курорте было спокойно.

Для Индии.

Я хотел, чтобы этот домик был красивым на случай, если однажды она вернется.

Мне следовало сэкономить эти деньги.

И пусть «Беартус» сгнил бы заживо.

Индия

— Вегетарианское? — Шеф-повар выпучил глаза. — Это Монтана.

— Я в курсе нашего местоположения. В меню должны быть вегетарианские блюда.

Рид усмехнулся.

— Я не буду готовить вегетарианские блюда.

С этим человеком было чертовски трудно. Должно быть, он брал уроки у Уэста. Риду, наверное, повезло, что я не требовала, чтобы он тоже был вегетарианцем.

Мы спорили об этом каждый день на протяжении прошлой недели. Я попросила его пересмотреть меню, и каждый раз, когда я заходила на кухню, чтобы проверить, как у него идут дела, он говорил мне «нет».

Я перестала спорить.

— Либо вы добавляете вегетарианские блюда, либо не будете готовить вообще. Это не подлежит обсуждению. Если только вы не тянете с приготовлением из-за того, что не можете придумать рецепты без мяса. — Это было голословное заявление.

Он проглотил это, не моргнув глазом.

— Я могу приготовить все, что угодно.

— Отлично. Тогда завтра я ожидаю увидеть обновленное меню. — И, если он не захочет сотрудничать, его заменят. Я понятия не имела, как мне тогда кормить гостей, но так или иначе, я бы с этим разобралась. Если бы мне пришлось умолять личного шеф-повара мамы провести лето в Монтане, так тому и быть.

Рид раздраженно швырнул миску в раковину, и она звякнула о другую посуду.

Я восприняла это как намек на то, что мне пора уходить. Не потрудившись попрощаться, я проскользнула через вращающуюся дверь, ведущую в столовую.

До ужина оставался еще час, но обслуживающий персонал суетился по залу, расставляя блюда и готовясь к приему гостей. Барменша Лиза стояла за стойкой в углу, занимая свое рабочее место.

Заметив меня, она замерла и окинула комнату хмурым взглядом.

У меня не было сил разговаривать с ней сегодня. Она возненавидела меня, потому что… ну, я точно не знала, почему. У нас с Лизой состоялся единственный разговор, в ходе которого я сказала ей, что хотела бы заказать несколько разных вин. Она усмехнулась и сказала, что у них хороший выбор.

Если «хороший» означало «дешевый и горький».

Ее ненависть, вероятно, была не из-за вина. Я была совершенно уверена, что Рид настраивает всех против меня, мятежный предатель, и она встала на сторону своего босса.

Очевидно, для нее не имело значения, что я была боссом ее босса.

Границы лояльности были очерчены задолго до того, как я вернулась в Монтану, и по мою сторону этой границы не было серьезного численного превосходства. Но я продолжала пытаться. Я буду продолжать пытаться.

У меня была работа, которую нужно было выполнять. Папа всегда говорил, что управлять бизнесом — это работа в одиночестве. У тебя не было такой роскоши, как друзья, когда ты был капитаном корабля.

Поэтому я терпела хмурые взгляды и насмешки.

Я переживу все это, пока не закончится этот год.

Я подошла к официанту, который расставлял бокалы с водой.

— Привет, Рон.

— Э-э, здравствуйте, мисс Келлер. — Рон был молод, ему было чуть за двадцать, и, когда я с ним заговаривала, у него всегда был такой вид, будто он олень в свете фар.

— Можешь называть меня Индия, — поправила я.

— Хорошо. — Он кивнул, и копна его светлых волос упала ему на глаза.

— Ты не мог бы принести ужин в Шале «Беартус» сегодня вечером, а не в мой кабинет? — Если я собиралась ужинать в одиночестве, то сделаю это в пижаме.

— Чего бы вы хотели? — он спросил.

— То, что сегодня фирменное, было бы здорово.

Всю прошлую неделю я каждый вечер заказывала фирменное блюдо Рида, чтобы познакомиться с его кухней. Он был хорошим шеф-поваром. Его блюда отличались вкусом и индивидуальностью. Но особого разнообразия не было. На этой неделе все фирменные блюда были из говядины и картофеля. В меню был только один вариант с курицей, ни рыбы, ни вегетарианских блюд.

— Во сколько? — спросил Рон.

— Как только у тебя будет свободная минутка. Не ставь это выше обслуживания гостей.

— Хорошо.

— Спасибо. — Я одарила его улыбкой, которая осталась без ответа, и направилась в вестибюль, успев сделать всего два шага, как из столовой донесся голос Деб.

— Она такая стерва.

Мило. Не было никаких сомнений, что она имела в виду меня.

— Мне жаль, детка, — сказал ее парень.

Как его звали? Разве его имя не начиналось на «К»? Предположительно, он был сотрудником. Но он не появился на собрании персонала и впоследствии не пришел ко мне, чтобы заполнить документы для сотрудников.