Так что на данный момент он не числился в штате. И если он когда-нибудь удосужится обратиться ко мне по поводу своей работы, я не стану делать ему предложение.

За последнюю неделю я наняла всех сотрудников заново, чтобы они работали в моей корпорации. Были люди, с которыми могло что-то получиться, а могло и не получиться, как с Ридом, но я бы никого не отпустила.

Парень Деб был исключением.

И если отношение Деб не изменится, она будет первой, кого я уволю. Шестимесячный испытательный срок, который я ввела для всех сотрудников, должен был стать моим спасением.

Я расправила плечи и вышла из столовой.

У Деб, по крайней мере, хватило порядочности выглядеть виноватой, когда она улыбнулась слишком широко.

— О, привет, Индия.

— Привет. — Я переключила свое внимание на парня, протягивая руку. — Индия Келлер.

Он вздернул подбородок, когда мы пожали друг другу руки.

— Кейси Лоуренс.

— Приятно познакомиться.

Когда я взглянул на Деб, она была заметно бледнее.

— Мы как раз говорили о Таре.

Она была ужасной лгуньей.

— Ааа. —У меня так и вертелось на языке сделать ей выговор за то, что она говорила это за стойкой, где любой гость мог подслушать, но сегодня вечером у меня не было сил. Она знала, что ее поймали, и ей сойдет с рук то, что она назвала меня стервой. На данный момент. — Спокойной ночи.

— Увидимся утром, — голос Деб звучал слишком бодро, особенно учитывая, что я отклонила ее просьбу о двухнедельном отпуске. Возможно, поэтому она назвала меня сукой.

Это или потому, что я заставила ее работать.

Эта девушка не хотела ничего делать. Я всю неделю уговаривала ее закончить список, который дала ей на прошлой неделе. Но, кроме уборки вестибюля, замены нескольких лампочек и обновления системы бронирования, она больше почти ничего не делала. Целую неделю.

В местной газете и в Интернете появились объявления о поиске администраторов, но это произошло только вчера. На данный момент Деб была лучше, чем альтернативный вариант — я. У меня не было времени сидеть за стойкой весь день.

Тяжесть на моих плечах была тяжелее, чем сегодня утром. Тяжелее, чем вчера, или позавчера, или за день до этого. Она была такой тяжелой, что мне было трудно поднимать ноги. Я скорее шаркала ногами, чем шла от лоджа до «Беартуса».

Как только я переступила порог Шале, я сразу же направилась к бутылке вина, которую открыла вчера вечером, и налила себе бокал.

Кофе был бы более разумным выбором. До конца рабочего дня мне предстояло проделать еще кучу работы, а солнце уже клонилось к горному горизонту за окнами коттеджа.

Никогда в жизни я так не уставала. Никогда в жизни я не работала так усердно. Все мое тело болело. В какой-то момент после обеда, прежде чем у меня открылось второе — или, может быть, третье — дыхание, я изо всех сил старалась держать глаза открытыми. Какой бы темп ни был быстрее, чем безумный, именно на него я и рассчитывала.

Год. Мне просто нужно было выдержать год. Может быть, и меньше, если все пойдет по плану.

Мои адвокаты посоветовали мне держать свои долгосрочные планы в секрете. Для всего мира я решила остаться в Монтане. На неопределенный срок.

Лишь горстка людей знала, что через год я уеду. Куда, я понятия не имела. Но я уеду из Монтаны.

Тем временем я научусь жить с усталостью и тревогой.

Возможно, я бы чувствовала себя лучше, если бы Уэст согласился на предложенную мной работу.

Он должен был остаться. Он не мог уйти. Каким-то образом я должна была убедить его остаться управлять ранчо.

Что было бы проще, если бы он не избегал меня. Я ни разу не видела его на прошлой неделе — не то чтобы я искала.

Я давала ему время привыкнуть к этой новой реальности. А сама тем временем работала не покладая рук.

Всю прошлую неделю я изучала все аспекты работы курорта. От финансов до маркетинга, ведения домашнего хозяйства и обслуживания гостей, я так напичкала свой мозг информацией, что он готов был взорваться.

Я заработала каждую больную мышцу и ломоту в костях.

В понедельник я следила за Деб у стойки регистрации. Вероятно, именно тогда она решила, что я стерва, потому что каждый раз, когда я просила ее подробно объяснить процесс, она начинала раздражаться.

Во вторник мы с Тарой целый день убирали комнаты и стирали белье. Из всех сотрудников она казалась самой отзывчивой, хотя, возможно, я просто принимала желаемое за действительное. Но она, казалось, удивилась, когда я вызвалась помыть туалеты.