Шрифт:
— Моё правление служит интересам страны, а не моему эгоизму, — бросил я резко.
— Интересы страны совпадают с твоими интересами, Ваня? — шептал Сахиб-Гирей, склоняя голову набок. — Не лги самому себе. Всегда думаешь о стране, но фактически преследуешь личные цели. Желание распространять влияние, контролировать территории, защищать честь царствующего дома — всё это заставляет жертвовать сотнями тысяч человеческих судеб ради сохранения династии и престола. Признай же наконец: власть важна для тебя гораздо больше, чем справедливость или счастье простого люда.
— Ты пытаешься сбить меня с толку речами, — зло ощерился я. — Пусть у меня будут косяки, пусть поступки вызывают споры, но одно знаю точно: я не намерен следовать твоей участи и позволять кому-то другому решать мою судьбу!
— Решать твою судьбу уже поздно, — криво усмехнулся хан. — Ты шёл к этому долгие годы, и теперь момент истины настал. Лишь решив для себя окончательно, кем ты являешься на самом деле, найдёшь правильный путь.
— Я всё равно не стану твоим преемником! Ни за что!
— Знаешь, почему у меня Патриархи были без имени, но обозначались только разным цветом? — склонила голову на плечо Бездна.
Тянет время? Или выгадывает момент?
— И почему же? — спросил я, прикидывая расстояние до хана и то, как его будет сподручнее ударить.
Бездна взмахнула правой рукой и в воздухе зависли семь прямоугольников. Вот прямо как будто детские листы из альбома, только разного цвета. Красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый. Прямо радуга какая-то…
Взмахнула левой рукой и рядом с ней зависли семь сияющих разными цветами шаров. Похожие на ёлочные украшения, только светящиеся изнутри.
— Потому что при смешении цветов получается один цвет, — Бездна щелкнула пальцами и прямоугольники начали накладываться друг на друга, постепенно темнея, а в конце став угольно-чёрным. — А при смешении световых оттенков получается совсем другой! — на этот раз шары стали соединяться друг с другом, но на этот раз в финале появился белый свет. — Казалось бы — цвет и свет одинаковый, но вот соединение различное. И всё зависит только от того, кто смотрит на всё это. Что он увидит? Цвет или свет?
— В физику решила поиграться? — хмыкнул я в ответ.
— А у тебя нет выбора, Ваня! Я долго наблюдала за разными охотниками за монстрами, но выбрала именно тебя. Был ещё барон Галактионов, но он оказался самодовольным и тупым, как пробка, и дальше своего члена ничего не видел. В тебе же я вижу потенциал! В тебе я вижу свою молодость! Когда я тоже была резкой и бескомпромиссной! А сейчас… Сейчас я устала! Я отпустила души своих Патриархов с условием, что они поддадутся тебе. И ты взял всю их силу. Теперь пришла пора забрать и мою силу, Ваня. Ты к этому готов!
Сахиб-Гирей взмахнул рукой и рядом с ним возникла моя Марфа. Такая домашняя, такая уютная в своём пушистом халате и с полотенцем на голове. Она словно недавно вышла из ванной и теперь шла куда-то, улыбаясь своим мыслям.
Я дёрнулся, но смог взять себя в руки. Нельзя показывать свои чувства! Нельзя!
Но как же всё-таки защемило сердце.
— Подумай — на одной чаше весов твоё будущее, на другой чаше твоё прошлое. Что перевесит, Ваня?
По-доброму спросил, как будто в самом деле добра желал! Или желала? Я уже запутался в определении пола этой твари.
— Я не стану твоим преемником!
— Как я сказала ранее — у тебя нет выбора. Если победишь меня, то заберёшь мою силу и станешь мной. Если проиграешь, то я заберу всех, кто тебе дорог. В очередной раз заберу Марфу. Не вскидывайся, она та самая, из прошлого. Да-да, это именно она, твоя последняя любовь. И вместе с ней уничтожу эту планетку. Придётся искать нового преемника, но… Когда время всего лишь пустой звук — это не проблема, — погано улыбнулся хан.
Вот именно в эту улыбку я и зарядил, что было силы!
Глава 27
Сколько же злости и силы я вложил в этот удар!
Если бы он пришёлся в лицо человека, то размозжил бы череп. Разлетелась бы головушка, как спелый арбуз под ударом кузнечного молота!
А хана просто отнесло на пару десятков метров, он перевернулся в воздухе и встал на ноги. Поправил чуть покосившийся тюрбан и улыбнулся. Просто улыбнулся…
— Что же, меня это тоже устраивает, Ваня! Можно даже сказать, что я именно этого и добиваюсь. Мои Патриархи один за другим отдавали тебе силы, чтобы ты мог принять мою мощь. И вот сейчас, я вижу, ты готов овладеть ею в полной мере, — с этими словами хан поднял вверх правую руку.