Как я понял, Церковь собирала подробные досье на каждый клан. Возможно, в церковных архивах хранилась информация и о барьерах клана Энхард. Время все это изучить у меня будет, возможность тоже…

Стоять у барьера и дальше было бессмысленно. Я заставил себя направиться назад, но, пройдя десяток шагов, остановился.

В прошлом моя кровь оживала, но при этом продолжала мне подчиняться. Вдруг то же самое получится сделать и с магией? То есть — отделить ее часть, заставив действовать самостоятельно, и ею продавить барьер? Тогда, если прямой связи со мной не будет, то и защитная реакция барьера на меня не подействует.

Я вытянул из резерва максимальное количество силы и придал ей форму морской волны — это получилось так естественно, словно я делал подобное каждый день. А потом резко перерубил все связывающие нас нити. Теперь я не ощущал эту волну, как не ощущал прежде своих кровавых пауков. Но мог ли при этом командовать?

Я отдал приказ — и волна пошла на барьер. Значит, командовать мог.

Барьер вновь засиял. Я даже увидел несколько отдельных мелких вспышек — но теперь за волной магии не стоял человек, на которого могла бы подействовать защита, а саму волну так легко отбросить не получалось.

Барьер, все еще светящийся, начал прогибаться. Сперва едва заметно, потом больше и больше. Волна силы вдавливалась все глубже, вот только барьер продолжал гнуться, а не ломаться. Как я ни всматривался, не заметил ни единой трещины, словно бы барьер был создан из магической разновидности каучука.

Вздохнув, я дождался, пока волна моей силы полностью себя не исчерпала, в итоге оставив в барьере огромную вмятину. Но едва давление волны ослабло, как вмятина начала выгибаться назад — барьер восстанавливал изначальную форму. Действительно, как магический аналог каучука.

Да уж, предки постарались на славу! Спасибо им, конечно, только вот в корневые земли тайно мне не проникнуть.

В последний раз разочарованно посмотрев на барьер, уже почти полностью вернувший свою форму, я развернулся и пошел назад.

К тому времени, когда я приблизился к конюшне таверны, уже начал сгущаться вечерний сиреневый сумрак, однако было еще достаточно светло, чтобы я, завернув за угол, сразу разглядел троицу Достойных Братьев — двое моих новых знакомых из таверны и еще один, судя по крою формы, из младших командиров.

Ждали все трое явно меня, и, похоже, не для того, чтобы поведать что-то приятное.

— Доброго вам всем вечера, — произнес я любезно, но мою вежливость не оценили.

— Кто ты такой? — рявкнул младший командир.

— Я же рассказал…

— Иерарх Теаган находится в Обители! — оборвал он меня и продолжил, похоже, больше для убеждения рядовых Братьев, лица которых все же выдавали их сомнения, чем для меня. — Два дня назад магистр Семарес отправил нам точкой воздуха послание и объяснил, что его приезд задерживается из-за помощи, которую он должен оказать своему племяннику — то есть иерарху Теагану!

О какой помощи тут шла речь я не очень понимал, ну да неважно.

— Два дня назад мы с Теаганом и были в Обители… — начал я, но младший командир опять меня перебил.

— Из столицы до нас невозможно добраться за два дня даже на самых лучших магически модифицированных лошадях. Осенний паводок размыл все дороги в районе Бура, превратил поля Долей в болота и снес мосты на Кьете. С объездом на дорогу уйдет не меньше четырех дней.

— Тем не менее мы приехали сегодня, — произнес я, начиная раздражаться. — Несколько часов назад. Если вы, уважаемые, соблаговолите вернутся в форт вместе со мной…

— То есть спутник иерарха, после долгой тяжелой дороги, вместо отдыха немедленно собрался и отправился «знакомиться с народом»? — младший командир насмешливо хохотнул. — Ну да, конечно! Это так же правдоподобно, как и все остальное. — А потом добавил резко: — Ну, хватит болтовни. Взять его!

Магию они использовали сразу, но смертельных среди заклинаний не оказалось — явно планировали брать меня живым, чтобы допросить. Не то чтобы это было важно — заклинания всё равно уткнулись в мою защиту — но я это отметил.

А потом в руке командира блеснуло что-то, и я вдруг понял, что перед глазами у меня чернеет. Моя защита не помешала его амулету меня ослепить.

Зрение пропало не моментально — процесс длился секунд пять. Я успел заметить победную усмешку на лице младшего командира и то, как рядовые Братья двинулись таким образом, чтобы напасть на меня с разных сторон.

Потом чернота накрыла полностью, и я мог ориентироваться лишь по звукам и воспоминаниям о том, что только что видел.