— Вы серьезно? Эти варвары?

— Ваше Величество, мой вам совет, перечитайте историю возникновения Лакии и почитайте о королевстве Пирене, которое раньше было на территории современных Лакии и Спани. Особенно хочу напомнить вам слова последнего короля Пирена, сказанные перед битвой с вашим предком: «Эти варвары никогда не сокрушат нас». Вам напомнить, чем дело закончилось?

— Я… Я понял, наставник.

— Учитесь, Ваше Величество. Смотрите, наблюдайте. Этот поход многому вас может научить и может сделать вас истинным королем Лакии… Если не допустите ошибки. Всё, идите, Ваше Величество. Полагаю, вас сейчас ждёт не менее тяжелая битва — убедить вашу матушку отпустить вас в поход.

Король поморщился, но спорить не стал. Поднялся, кивнул и вышел из комнаты. Стайрен проводил его взглядом и вздохнул. Скорее бы Леодрик достиг совершеннолетия, тогда он с облегчением передаст ему власть и уедет в имение выращивать розы… Здоровье уже не то, вариться в этом гадюшнике… Как же всё это надоело…

Лейла Райгонская неторопливо вошла в церковь, направляясь к исповеднику. Тот, седой старик в белоснежной одежде с легким поклоном встретил герцогиню и пригласил в отдельную комнату, как раз для таких разговоров.

— Давно мы с вами не встречались, Ваша Светлость. — От старика отчетливо веяло силой и властностью, такой, что даже герцогиня с трудом сдерживалась, чтобы не поклониться. А еще взгляд старика… Он словно пронзал душу.

— Да, ваша милость. Я должна была приехать раньше, но никак не могла выбраться из Лоргса. Мне рекомендовали поговорить с вами…

Старик кивнул.

— Как я понимаю, вы хотите поговорить о своей дочери… Да-а… Слышал я вашу историю. Астральный близнец… Мало кто решается на такое.

— Я… я уже не уверена, что была права, ваша милость. Я вижу тело дочери, но она совершенно другая… Она не такая…

— Давайте вы расскажете мне всё с самого начала, ваша светлость.

Старик слушал внимательно, не перебивая и не задавая вопросов, давая герцогине выговориться, выплеснуть, что давно накопилось. Когда герцогиня выговорилась, он помолчал, давая возможность ей продолжить, если захочет. Убедившись, что Лейла Райгонская выговорилась, покачал головой.

— Гордыня… Зависть… Сколько я видел людей, которые сами себя губят… Знаете, какой грех я считаю наибольшим, если не учитывать предательство? Желание людей что-то получить и ничем за это не расплатиться. Вы знали, что так будет, но теперь отказываетесь это принять.

— Но я думала…

— Что вас минует чаша сия? Что платить не придется? Да… Та самая гордыня… Вера в свою исключительность. Вера, что такое может приключиться с кем угодно, но не со мной. Что мир вращается ради меня одного… Такое отношение наиболее частая причина падений многих великих.

— Я только хочу, чтобы моя дочь вернулась.

— Она и не уходила, дитя. А ты гневишь Бога, дочь моя. Он как дал, так может и забрать. Ты уверена, что именно этого хочешь?

— Нет! Нет, ни в коем случае, я просто хочу…

— Чтобы твой ребенок, заглянув в лицо смерти, остался прежним? Этого не смогли сделать даже опытные мужчины. Каждый, побывавший у Её чертогов, неизбежно меняется. Твоя дочь вернулась к тебе, а ты смеешь пенять Ему на это?

— Она…

— Она не твоя дочь? Скажи это здесь, в Храме. Скажи это, чтобы Он услышал. Ну?

— Я… Я не могу…

Старик покачал головой.

— Просите, умоляете, а когда получаете, говорите, что не то имели в виду. Она осталась твоей дочерью. Прими это, и тебе станет легче. Иначе это добром не закончится. Подумай, станет ли тебе легче, если твоя дочь исчезнет?

Герцогиня, пошатываясь, поднялась.

— Прошу прощения, ваша милость, я отняла ваше время.

— Моё время для всех заблудших, дочь моя. Мне жаль, что ты отказываешься от Его дара, жалуясь на то, что твое ожидание не оправдалось.

Лейла Райгонская покинула Храм в смешанных чувствах. Она сама не думала, чего именно ожидала от этого посещения, но, на удивление, после разговора ей стало чуточку легче.

— Ваша светлость! — рядом осадил коня один из гвардейцев её мужа. — Ваша светлость!

Герцогиня нахмурилась, глянула на чем-то обеспокоенного мужчину.

— Слушаю.

— Ваша светлость… Срочно. Меня ваш муж послал. Из Лоргса пришли новости…. Ваша дочь Элайна в беде.

Герцогиня на миг замерла, охнула и осела прямо на дорогу. В голове звучали слова священника…

Стайрен наполнил бокал вином и придвинул его герцогу Райгонскому, который мрачной тенью сидел в кресле, рассматривая что-то за окном.

— Как видишь, все складывается в лучшем виде. На удивление, обошлось без обычных склок.