Заботливо с её стороны.

Пока жарилась первая порция блинчиков, в кармане зазвонил телефон.

— Аллё?

На другом конце невнятно забормотали, что-то грохнуло, а потом послышалась ругань.

— Ребёнок! Ребёнок, ты тут?! Да золото тебя побери, что эта хреновина опять делает?!

— Пять! — где угодно узнаю этот вечно недовольный старческий голос. — Таки смог позвонить!

— Аллё? Аллё? — издалека заговорил он. — Есть кто? Позеленей твоё золото, будешь ты работать или как?

— Приложи телефон к уху! — заорала я, отбросив надежду, что Паломина меня не услышит. — И хватит так вопить, а то уже уши болят.

— Ну да! — всё ещё громко ответил он. — Поговорим так!

Звук шагов Паломины в гостиной затих.

— Конечно, только обязательно так орать?

— Ты говорила, что нужно на кнопки нажимать, — кисло ответил он, хотя уже и чуть тише, — но никаких кнопок нету: только плоские кругляшки.

— Так выглядят кнопки на устройстве с тач-скрином, — ответила я. — В общем поздравляю, ты научился пользоваться мобильником. Неимоверно горжусь.

— Нашёл в твоих бумагах несколько занятных вещей, — сказал он, — но нужно больше времени. Там всё запутано, верёвочка вьётся, вьётся, но уверен, всё в одно соберётся.

— Запутано — это понятно, — ответила я, — но что значит, «соберётся в одно»?

— Говорю же, верёвочка!

— Да, но… А! Говоришь, что всё связано.

— Нет. Ничего ещё не связано. Пока вьётся и вьётся, и очень удивлюсь, если всё это не окажется одной верёвочкой информации.

Я сдалась и не стала больше докапываться.

— Ладно. Значит ли это, что ты понял, куда всё ведёт?

— Ни малейшего понятия! Кое-какие показатели говорят о том, что всё приведёт к одному источнику, но это самый последний шаг. Пока что пытаюсь определить общее направление ответвлений. Иду за деньгами, но след очень тонкий, потому что тут главное не деньги.

— Так. Значит, тебе кажется, что всё ведёт в одном направлении, но хочешь убедиться наверняка. Ещё ты не знаешь, куда точно ведут все концы.

— Так точно, молодец! Одно связующее звено всё же есть: тот, кто всё это собирал. Кто это?

— Пока не могу сказать, — извинилась я. Было ощущение, что я придам Атиласа. — Если окажется, что это прям необходимо, скажу.

И так очевидно, что это важно: без необходимости Атилас не стал бы шариться в интернете. Он также знал, кто его об этом просил, ведь он вряд ли занимался этим по собственной воле. А если и так, то он либо кому-то помогал, либо кого-то защищал.

И всё это было нужно учитывать.

Но несмотря ни на что, никак не могла сказать ему, что это Атилас.

— Да позеленей твоё золото, — буркнул тот, — уж скажи, когда сможешь, и толку от меня будет больше. Как сделать так, чтобы эта штуковина перестала мне в ухо чирикать?

— Я сама положу трубку, — ухмыльнулась я, — позже поговорим, да?

Зуб даю, он ещё минут пять вопил на свой бедный мобильник, чтобы понять, точно ли я отключилась. Из гостиной вновь послышалось старательное шарканье Паломины, а я вернулась к блинчикам. Между прочим, вовремя — ещё чуть-чуть и они бы знатно подгорели.

Если Атилас кого-то защищал, то только Зеро. Как по мне, только ради него он бы потратил столько времени и сил. Если же Атилас действовал по приказу, то вариантов всего два: Зеро или его отец. Если бы пришлось выбирать, на мой взгляд, победил бы Зеро. Отцу он подчинялся из страха и давней привязанности, но его верность Зеро основывалась на восхищении. Вряд ли признается, тем более, он прекрасно знал, к чему приводят восхищение и привязанность к другим, но в этом я была уверена почти на все сто.

Скорее всего всё сводится к Зеро, так что об этом стоит помнить.

Телефон зазвонил вскоре после того, как я проснулась на диване в гостиной. От неожиданности схватила его, толком не очухавшись. Конечно, не ожидала, что Зеро и компания вернутся тогда, когда обещали, но и не ожидала, что в трубке будут так вопить.

— Мы задерживаемся, — пророкотал он, перекрывая какофонию, — сходи к подруге и расскажи ей о ходе расследования. Чтобы через пару часов дома была.

— Блин! — я села. Волосы растрепались, а на одной ноге не было носка. — Там у вас убивают кого-то что ль?

Паломина резко выпрямилась на стуле.

— Пока нет, — сказал Зеро и отключился.

— Ну совсем общаться не умеют, — сказала я Паломине. Она была прям на взводе — никак в бой рвётся. Хотелось думать, что Зеро не сказал больше потому, что не хотел, чтобы она вдруг присоединилась к ним, а не потому, что внезапно позабыл поделиться со мной. Добавила: — Они в порядке. Сказал, будут позже.

— Так и поняла, — ответила она, — но хотелось бы увидеть это собственными глазами.

Я посмотрела на неё и сказала: