По крайней мере, она могла видеть призраков, даже если не знала, что они призраки. И мне было над чем задуматься.

Дэниел кивнул, нахмурив брови.

— Не думаю, что она знала, — сказал он наконец. — Обо всём этом: о смертях, скелетах, о том, что дети — призраки.

— Да, — сказала я. И это меня тоже обеспокоило. Потому что, если она не знала, нужно было задавать другие вопросы. — Блин! Не делай этого!

Кости снова звякнули, как будто по ним пронёсся ветерок, и они рассыпались, и Дэниел сказал:

— Это не я. Если это твои штучки, Пэт…

— Вам сюда нельзя, — произнёс тоненький голос. Тот, кого я считала младшим Джин Ёном, появился рядом со мной и обвиняюще указал на кости. — Это наши.

— Да, знаю, — сказала я. Без золотистой дымки солнечного света в конце дня я не могла разглядеть его так хорошо, как следовало бы; его тело, как и голос, было тонким, натянутым и прозрачным. Более того, я могла видеть Дэниела сквозь него, и Дэниел сидел в шоке, открыв рот. — Дэниел, это один из детей. Кажется, ты тоже раньше не знал о призраках?

Он закрыл рот и сказал немного хрипло:

— Неа. Нам, оборотням, никто ничего не говорит. Предполагается, что мы сами карабкаемся без помощи и без информации.

Воздух снова колыхнулся, и Дэниел отпрянул от костей, когда дети вышли из шкафа, прошли сквозь кости и собрались вокруг нас. К моему облегчению, они не казались смертоносными — у меня было ощущение, что какими бы худыми и растянутыми они ни были в это время суток, они не могли сильно навредить Дэниелу.

— Вы нас переместили, — с упрёком сказал один из них. — Нам нельзя выходить. Она сказала, что мы должны оставаться там, где нас положили, пока она не вернётся и не выпустит нас. Именно это она говорит всем нам, когда приводит нас сюда.

— Детишки, — сказала я, — я видела, вы вчера танцевали где-то на улице.

— Ага, но на самом деле мы никуда не выходим, — сказал он. — Просто у нас внутри всё трепещет. Она ничего не сказала об этом, и нам было так скучно там, когда она перестала приходить играть.

— Вы все знаете… — у меня внезапно пересохло горло, и я не могла произнести ни слова. Я сглотнула и попыталась снова. — Вы все знаете, что вы мертвы, верно?

Юные лица смотрели на меня с самыми разными выражениями: обиженными, смиренными и свирепыми.

— Как грубо с твоей стороны говорить о нас так, — сказал первый мальчик. — У нас всё в порядке. Пока мы не выходим из дома, у нас всё в порядке. У нас есть Моргана. Она помогает нам по хозяйству, а мы помогаем ей.

— Знаю, — сказала я. — Но Моргана-то в курсе?

— Конечно, нет! — презрительно сказал он. — Как будто мы могли ей сказать! Ей и так досталось достаточно. Ты должна вернуть всё это на место — если это уберут, мы не сможем передвигаться по дому так же легко, как раньше. Мы нужны ей, чтобы помогать по дому.

— У неё есть я, — сказал Дэниел.

Воздух сразу же сгустился, и наружное освещение, которое всегда было включено на крыше, замерцало.

— Ты ей не нужен! — сказали по меньшей мере трое детей, поднимая на него пыль. Казалось, это всё, на что они были способны в данный момент. — Мы уже здесь!

— Это были вы? — спросила я, смотря на свет. — В смысле, игра со светом?

— Конечно! — сказал один из ребят постарше, сидевших сзади.

— Мы поддерживаем порядок в доме, — сказала маленькая девочка. — Видишь?

Она щёлкнула пальцами, и праздничные огни на верхней части тента ожили, один за другим, выстраиваясь в аккуратный ряд.

— Мы просто поддерживаем связь, — сказала она, пожав плечами. — Электричество — легкотня.

Что сказал Зеро, когда я спросила, был ли он мёртв? Что требуется по крайней мере один или два человека, чтобы поддерживать взаимодействие другого человека с миром после его смерти.

— Вот ведь блин, — пробормотала я. Потому что мне было очень интересно, что ещё в доме дети могли включать.

— Ой, — сказала я Дэниелу.

— Что теперь? — устало спросил он. — Перестаньте швырять в меня пылью, вы, маленькие бородавки! Нам нужно вызвать копов, Пэт.

— Думаю, мы пока что не можем сделать это.

— Почему?

— Ну, — мрачно сказала я. — Не думаю, что это единственные скелеты в этом огромном шкафу. Давай-ка, положим их обратно. Сначала нам нужно проверить ещё одно место.

— Пэт, не думаю, что нам позволено здесь находиться! — прошептал Дэниел, обводя полутёмную комнату глазами, которые были скорее жёлтыми, чем обычно карие.