Не успеваю опомниться, как заканчивается ужин и приходит Раахош, чтобы забрать меня от подруг, которые примеряли на меня новые туники. По-видимому, в женских пещерах любят шить, и теперь у меня есть две новые туники и две пары штанов, которые подойдут к прочным сапогам на меху.

– Пойдем, – говорит Раахош и мягко тянет за собой. – Мы выдвигаемся рано утром.

Обняв всех в последний раз, я ухожу со своей парой. Мы уходим не навсегда, а лишь на неделю, но это очередная перемена в нашей жизни, а у нас, людей, было столько перемен в последнее время, что я не виню девушек за то, что у них глаза на мокром месте при мысли о моем уходе.

Но я не грущу. Не могу дождаться, чтобы провести время наедине со своей парой. Не могу дождаться, когда смогу облизать его с ног до головы, пока он не начнет дергать меня за волосы.

Так странно, но мне нравится, когда он дергает за волосы.

К сожалению, воплощению моих сексуальных фантазий препятствует пещера охотников.

Мы останемся здесь на эту ночь и любую другую, по возвращению с охоты. Я думала, что она будет… Черт возьми, даже не знаю. Безлюдной? Уединенной? Особенной?

Но вместо этого – ряд кроватей без намека на личное пространство и немного вещей. Пещера маленькая, в ней живет большинство мужчин без пары. Раахош знакомит меня с ними: Эревен, Таушен, Кэшол и мой закадычный приятель Хэйден, который хмурится при виде меня. Затем мы с Раахошем бросаем наши сумки и устраиваемся на последней кровати, которая была приготовлена для нас с тех пор, как Золая съехался с Арианой.

Это часть нашего наказания, я знаю. Мы будем спать в «коммунальной пещере», пока не закончится изгнание. И это… дерьмово. Потому что я провела слишком много дней и ночей без Раахоша, и мне ничего не хочется так сильно, как заниматься с ним сексом вплоть до следующей недели.

Но у нас здесь нет никакой личной жизни.

Он ложится рядом и плотно укутывает нас одеялами, затем обнимает меня одной рукой. Мой паразит начинает мурчать, и я слышу, как паразит Раахоша подхватывает эту песню. Один из охотников фыркает, поднимается и выходит из пещеры.

Что ж, по крайней мере, на одного меньше. Осталось еще трое. Я вздыхаю.

Я лежу на боку, лицом к Раахошу, потому что хочу смотреть на него всю ночь. Провожу пальцами по каждому из шрамов, а затем скольжу по рогам, пока он не перехватывает мою руку и не целует ее.

– Перестань, или я возьму тебя прямо здесь, у всех на глазах, – бормочет он, прижимаясь ко мне.

Я чувствую его эрекцию. Его твердый член, настойчиво упирается в мое тело. Я так его хочу.

Гребаная пещера, набитая гребаными охотниками.

Мой паразит принимается гудеть еще сильнее, и я скольжу рукой по груди Раахоша. Мне нравится прикасаться к нему, и плевать, возьмет он меня на глазах у остальных или нет. Если только он возьмет меня хорошенько.

Но когда один из мужчин, громко вздохнув, переворачивается на другой бок, у меня возникает идея.

– О, Раахош, – громко стону я. – Сделай это снова своим хвостом.

Глаза моего мужчины расширяются в изумлении, а мне приходится сдерживать смех. Еще один мужчина поднимается и выходит, бормоча что-то на инопланетном, за ним следует другой. Кроме нас, остался только один охотник, и держу пари, я смогу его отпугнуть.

– Да, вот так, – кричу я, пока Раахош пялится на меня в ужасе. – Продолжай делать это своим бесстыжим хвостом!

Раахош зажимает мне рот рукой, чтобы заставить замолчать, но уже поздно. Последний охотник встает со своей кровати, и я вижу через плечо Раахоша, как Хэйден бросает на меня свирепый взгляд, прежде чем покинуть пещеру.

Мы остаемся вдвоем.

– В последнее время у тебя на уме одно озорство, – бормочет Раахош и притягивает к себе, чтобы укусить за шею. – Теперь они будут спрашивать меня, что я делаю своим хвостом, каждый раз при встрече.

– У тебя хорошее воображение, – поддразниваю я. – Используй его.

– Мне не нужно воображение, – в его голосе слышно рычание. – У меня есть руки.

Он толкает меня на спину и стягивает мои штаны с бедер. Я нетерпеливо развязываю шнурки, отчаянно желая оказаться обнаженной. Как только шнурки ослабляются, я стягиваю штаны и отбрасываю в сторону. Наступает очередь моей туники, Раахош в это время быстро снимает свою набедренную повязку. Мой паразит поднял бурю в груди.

Раахош кладет руку мне на грудь и проводит большим пальцем по соску. Я стону.

– Моя Лиз, – выдыхает он. – Моя пара.

А потом что-то скользит по моей киске. Я вздыхаю и смотрю вниз. Его хвост!

– Ты сказала использовать воображение, – бормочет он и тянется к моей киске. Раздвигает ее влажные складки и начинает скользить хвостом. – Хочешь, чтобы я использовал только свой хвост?

– Боже, нет, – я наклоняюсь и обхватываю его член, пока он дразнит мой клитор хвостом. – Хочу, чтобы ты пустил в дело его.