На замену противотанкового взвода из двух «сорокапяток» поступили двенадцать ПТР, промышленность уже «погнала» их ежедневным выпуском в полтысячи штук, хотя в декабре в Ижевске делали те же ПТРД едва два десятка в день. Их производство потихоньку начали «притормаживать» — к концу года по расчетам будет выпущено порядка двухсот пятидесяти тысяч ПТР, в то время как для укомплектования всех частей РККА потребно в четыре раза меньшее число, приблизительно столько же выйдет и потерь…

Кулик отодвинул расчеты, покачал головой — эвакуированная промышленность стала производить вооружение прямо-таки циклопическими размерами. Ряд позиций были перекрыты всего за полгода производства, что говорило об эффективности промышленности. Многие образцы снимались с вооружения, и о них никто не сожалел. Единственное, чего не хватало — боеприпасов, но за последние месяцы ситуация с ними за счет американских порохов и взрывчатки заметно улучшилась. Но вот с танками и самолетами творилось непотребное — выпуск нарастал, тех же КВ-85 делали больше, чем немцы своих «четверок», но их бездумно губили. Потери танков в перерасчете намного превышали те же орудия, а это наводило на мрачные мысли. Еще хуже с авиацией — и выпуск растет, и ленд-лиз пошел, а потери зашкаливают, и непонятно дело тут в умении немцев или аварийности.

Покосился на Жданова, тот перебирал бумаги — в ожидании очередного ночного звонка из Москвы, оба занимались «текучкой».

— Орудий достаточно, Андрей, хотя в сравнении с германской дивизионной артиллерией маловато будет — у немцев в артполку дюжина 150 мм и тридцать шесть 105 мм гаубиц. Но так у них по штатам в полтора раза больше народа, полтысячи автомобилей, и лошадок намного больше в обозах, чем у нас. Вот только все это превосходство мнимое — у нас ставка на сильную корпусную артиллерию, которой в любой момент можно подкрепить каждую стрелковую дивизию. Да, сейчас только противотанковый и легкий артполк, да тяжелый пушечно-гаубичный дивизион, но ведь производство потихоньку начинает набирать обороты. Со следующего года уже мы будем превосходить в артиллерии, боеприпасов станет больше — вот и начнем давить всей массой., перейдем в общее наступление. Хотя, кто его знает — Гитлер на год раньше тотальную мобилизацию начал, почти вся Европа в «едином рейхе», промышленность мощная, и людские ресурсу изрядные — уже венгры подтянулись к румынам и финнам, французская и испанская дивизии, а там всякие итальянцы с хорватами прибудут. Даже если их в оборону посадят, они уйму наших дивизий отвлекут, а у нас их не так и много, как кажется…

Противотанковые ружья конструкции Симонова и Дегтярева являлись типичным паллиативом войны — производство 45 мм ПТО было остановлено перед в войной, тогда посчитали, что произведенных пушек даже избыточно. Но огромные потери лета 1941 года привели к горьким урокам, и как водится в России, стали экстренно предпринимать меры — выход виделся в максимальном насыщении пехоты легким, массовым, простом и дешевым в производстве оружии. И всего за один год противотанковых ружей изготовили с большим избытком — все в полном соответствии с народной мудростью про запас и карман…

— Дивизия это основной инструмент войны, которая ведется многомиллионными армиями. Если этот инструмент плохой, то даже «мастер» не сможет им работать с должной эффективностью. А вот подмастерье со временем неизбежно получит необходимый опыт, и действовать начнет более уверенно, да и качество работы многократно повысится. Я наших генералов имею в виду — «отсев» малопригодного или негодного человеческого материала пошел со страшной силой, в Ставке сделали должные выводы и убирают всех, кто не может быстро учится воевать на войне. Их будут «мариновать» в тылу, хода наверх не будет, даже если ты из 1-й конармии.

На последних словах Кулик усмехнулся, пододвинул пепельницу. Оставаясь вдвоем, они могли говорить свободно, стены внутреннего кабинета это позволяли. Хотя «прослушка» не велась, и подслушать никто не мог, но как говорится «береженого бог бережет».

— Единственное, что я сделал, кроме введения корпусного управления, как своеобразного «чистилища», так настоял на введении полевых укрепрайонов, приравненных к бригаде — это «отстойник» для генерал-майоров и полковников, первым перед дорогой в тыл, вторым для получения генеральского звания, если только сильно отличатся. Не могут дивизией толково командовать, пусть землю роют и «максимы» по дзотам расставляют, наука нехитрая, главное под ударом противника не дрогнуть. А такие полевые УРы в армиях очень нужны, хотя бы пара — ими надлежит быстро прикрыть самые опасные направления, да усилить противотанковой бригадой, и «кустами» батареи ставить, такие опорные пункты ни одни «тигры» в лоб не прошибут, и не обойдут, чтобы свои борта под выстрелы «гадюк» не подставить.

— Эти танки настолько опасны?

— Ты даже не представляешь, насколько сейчас они опасны, — Кулик нахмурился, прекрасно понимал, что «тигр» появится, и возможно быстрее, чем случилось это в реальной истории. — Вес пятьдесят пять тонн, это «раскормленный» Pz-IV в соответствующих размерах при внешнем сходстве. Только не «толстяк», а убойный боксер «тяжеловес» против наших «среднячков». И в отличие от «четверки», у которой лоб 80 мм, а все остальное по тридцать и пятьдесят миллиметров, у него такая броня везде, а лобовые плиты корпуса и башни в «сотку» толщиной. «Гадюка» обычным «бронебоем» бессильна ему что-либо сделать, но борт пробьет. Но так и «сорокапятки» в лоб «четверки» не берут, зато борта и башню дырявят. А потому нет нужды их на длинноствольные М-42 менять. Дорого это выйдет, производство ведь отлажено, да и смысла нет. Как и 57 мм ЗИС-2 выпускать, если есть более мощная и пробивная 76 мм «гадюка». Но нас спасет только одно обстоятельство, если немцы продолжат как в реальной истории, делать ставку на «пантеру». Та в лоб браться не будет, броня под наклоном как на «тридцатьчетверке», только у нас 60 мм, а там 85 мм. Но борта в 50 мм, а это даже для ЗИС-3 не преграда — пробьет.

— А почему «пантера» для нас спасение?

Жданов оживился, даже наклонился, рассматривая наброски, которые Кулик быстро делал на листке бумаги.

— Она на десять тонн легче «тигра», но на том 88 мм пушка, а на «пантере» 75 мм длинноствольный «дырокол». «Тигр» реально опасен при прорыве, наша оборона может не выстоять. Даже если попадет под фланговый обстрел, выдержит броня, а вот борт «пантеры» нет. Но Pz-VI изготовили почти полторы тысячи, а «пантер» шесть тысяч. А теперь представь, что «тигры» косяком пойдут, как лососи на нерест, и в каждую свою панцер-дивизию Гудериан хотя бы по батальону в полсотни машин введет. Представил? Я тоже — и мне жутковато стало, потому что против лома нет приема.

— Так уж нет? Зная тебя, не поверю — а для чего тогда в Челябинске самоходки со 107 мм пушкой делают? И противотанковые бригады формируют одну за другой, и чуть ли не в каждую армию передают, а то и по две сразу. И при корпусах полк, а то и два ПТО есть.

— Это для «четверок» и «троек», Андрей. Именно бригады весь «зверинец» в июньских боях растрепали. Да и сейчас, если Манштейн «клешни» у наступающих армий Жукова «подрубать» начнет, их и выставят на пути танковых дивизий — Георгий Константинович этим уже озаботился. Хотя и прет на Харьков, ничего не видя, кроме него, но осторожность все-таки соблюдает. Так что надлежащий «инструмент» у него есть в распоряжении, и воспользоваться им сумеет, я на это надеюсь.